О том, что надо подобрать Чеботареву, напоминал себе раза четыре, тем не менее, чуть не пролетел мимо ее «Континента», уже дожидавшегося нас у обочины. Слава богу, движения на этой улице практически не было, поэтому резковатое перестроение и торможение кортежа никому не помешали. Пока Галя перебиралась к Дауду, Мавии и Лиджуан, отправил ее телохранителю адрес ресторана, в котором собирался пообедать, потом сорвал внедорожник с места и рванул в сторону Ремезовского проспекта в обычном режиме. Благо, Янка, Аль Сауд и Варя висели на хвосте, как приклеенные.

Белый «Иртыш», сдуру попытавшийся перестроиться в левую полосу на черепашьей скорости, обошел справа, убедился в том, что мой маневр смогла повторить даже Барыня, поморгал всей светотехникой белому «Престижу», невесть что потерявшему в самом скоростном ряду, и краем уха услышал выдох Ларса:

— Все, началось!

— Казнь? — хором спросила чуть ли не половина команды.

— Нет, основная часть. Мистера Пэджэта вывели из тюремного броневика и вот-вот поднимут на эшафот.

— Комментировать буду я! — тоном, в принципе не предусматривающим возражений, заявила Эиру, вне всякого сомнения, решив оставить Эрикссону возможность, если что, закрыть глаза. — Кстати, народ, а британец-то не овощ — вон, бледен, как мел, висит на руках у конвоиров и даже пытается упираться!

— Убивать других, да еще и чужими руками, не так страшно, как умирать самому! — съязвила Янка.

— У-у-у… — одновременно взвыли Валя, Наоки, Лиджуан и Мавия. А я, услышав в их голосах презрение, спросил, что случилось.

— Пытается вымолить прощение, захлебываясь в слезах и соплях… — брезгливо поморщилась Незаменимая, не отрывавшая взгляда от картинки, и добавила: — А ведь наверняка считал себя живым воплощением мужества!

Живое воплощение мужества «восхитило» еще не раз. Не дождавшись прощения от короля, холодного, как его же «первичка», устроило безобразную истерику. Получив под дых, начало вырваться из рук рослых Земляков с удвоенной силой. Оказавшись прикованным к стальному штырю, обделалось. А когда Ульрик встал с походного трона, окутался ледяной броней, утробно завыло. Видимо, поэтому следующие несколько минут я не чувствовал ничего, кроме брезгливости. Хотя разумом и понимал, насколько ужасно чувствовать, как конечности превращаются в лед, и понимать, что вот-вот заледенеет и тело. Не ощутил даже толики сочувствия и в тот момент, когда вой британца, наконец, прервался — совершенно равнодушно пересек Ремезовский проспект по диагонали и занял левый ряд. А через миг услышал сразу несколько глухих щелчков, многоголосый вопль ужаса и отчаянный выкрик Ларса:

— О, дьявол, снайпера!!!

Глава 20

Часть 2

…Группа обеспечения службы охраны Ульрика Эрикссона заглушила всю гражданскую связь секунде на второй-третьей. Но к этому моменту воздух вокруг эшафота успел «сгуститься», пойти волнами и «разорваться» то ли в пяти, то ли в шести местах, король и «ледяная скульптура» в мгновение ока «сместились» на метр с гаком в сторону, а телохранители метнулись к первому лицу. Однако опоздали — одна артефактная пуля, выпущенная из чего-то монструозного, оторвала самодержцу левое предплечье, а вторая, не заметив ледяную броню, ударила в левый бок и закрутила в танцевальном пируэте.

Я всего этого, естественно, не видел, зато слышал бесстрастный голос Кнута, переключившегося в боевой режим. Поэтому не только представил результат двух первых залпов снайперов, сначала пробивших стационарную защиту эшафота и нарушивших плетение иллюзии, мешавшее определиться с точным положением монарха, а затем отстрелявшихся по нему самому, но и успел «замедлить время». Вот и перешел на командный рык сразу после того, как понял, почему исчезли «картинки»:

— Ларс, не истери. И не вздумай звонить ни матушке, ни прабабушке, ни отцу — в данный момент они знают не больше тебя, СБ твоего деда наверняка делает ВСЕ, ЧТО НЕОБХОДИМО, а лишние звонки будут только мешать. В общем, жди: о тебе помнят, следовательно, наберут, как только разберутся с самыми насущными проблемами.

Честно говоря, я был уверен, что парень взорвется. Вот и подставлялся, дабы он, выплеснув ярость, страх и отчаяние на мне, чуть-чуть пришел в себя. Но Эрикссон удивил — отозвался после небольшой паузы, «мертвым» голосом, но не истеря:

— Ты прав. Жду. Спасибо за поддержку.

Тут к процессу его забалтывания подключился и Дауд:

— Кстати, с вероятностью в сто процентов твой отец уже развернулся и гонит в аэропорт, так что о встрече с ним можешь забыть. И еще: если охрана Императорского дворца осуществляется по протоколам, похожим на наши, то пытаться проехать на его территорию в данный момент однозначно не стоит.

— Угу… — согласно буркнул швед. — Большая часть КПП уже наверняка закрыта, а оставшиеся работают в параноидальном режиме.

— Что ж, значит, едем прямиком в «Белый Яр»! — решил я и повел рукой в направлении панели ИРЦ, чтобы Наоки, изображавшая штурмана, вбила в навигатор новый маршрут.