Читаем Литературный мастер-класс полностью

Дни так же мало отличались друг от друга, как песни кукушки. Флобер, ведя ночной образ жизни, обычно вставал в десять утра и сообщал об этом звонком колокольчика. Только после этого разрешалось повысить голос с шепота. Его лакей Нарсисс сразу же приносил ему воду, набивал трубку, отдергивал шторы и приносил утреннюю почту… Писатель не мог хорошо работать на полный желудок, так что ел умеренно, во всяком случае по меркам дома Флобера, поскольку его завтрак состоял из яиц, овощей, сыра или фруктов и чашки холодного шоколада. После этого семья собиралась на террасе, если погода не загоняла их внутрь, или поднималась по пологому склону через лес за огородом, где на шпалерах выращивали овощи, на просеку, получившую название Ла Меркюр в честь статуи Меркурия, которая на ней когда-то стояла. В тени каштановых деревьев, рядом с садом, они спорили, шутили, сплетничали и смотрели на суда, проплывавшие вверх и вниз по течению. Еще одним излюбленным местом отдыха на свежем воздухе был павильон XVIII века. После ужина, который обычно продолжался с семи до девяти вечера, их часто заставали там сумерки: они смотрели на лунный свет, отраженный в воде, и рыбака, расставляющего свои мережи на угрей. В июне 1852 года Флобер сказал Луизе Коле, что работал с часу дня до часу ночи.

Мне всегда не терпится засесть за работу, хотя вообще-то я не люблю начало дня. Сначала я пью чай, а потом, где-то в десять утра, я начинаю работать и пишу до часу. Потом я встречаюсь с друзьями, а в пять вечера возвращаюсь к работе и сижу до девяти. Мне ничего не стоит возобновить работу. Когда вы уйдете, я буду читать газету, а может, пойду в магазин. Обычно работа доставляет мне удовольствие.

Я не даю себе времени на отдых и не заставляю себя работать; у меня нет режима работы как такового… когда я начинаю работу над книгой, то не могу заставить себя сидеть с ней больше двух-трех часов в день… Потом, когда работа доходит до середины, я могу писать восемь, девять, двенадцать часов в день семь дней в неделю — если, конечно, мне позволят дети, а они обычно не дают… восьмичасовой день за печатной машинкой летит быстро, и два часа на вычитку нового материала по вечерам — стандартная практика. Это вполне обычно. Потом, когда дело близится к концу, я возвращаюсь к двум-трем часам работы в день. Окончание, как и начало, требует более бережной работы.