Читаем Лишенные плоти полностью

Мать ничего на это не сказала. Зато Ниалл услышал громкий треск и звон, как будто что-то стеклянное швырнули в стенку. Затем дверь распахнулась, и в открывшемся проеме Ниалл увидел, что большое зеркальное стекло, открывавшее клиентам вид на выставочный зал, полный блестящих новых тачек, пошло отвратительными трещинами.

— Пошли. — Схватив за руку, мать потащила его к выходу. — Нам не нужны деньги этого жалкого лживого ублюдка.

Говори за себя, подумал Ниалл. Наоборот, раз уж его отец — жалкий лживый ублюдок, то пусть расплачивается за это. Что он вообще за скотина такая — думает, ему можно вот так просто взять и назвать маму Ниалла шлюхой! Она, может, и бесполезная корова, но все-таки залететь от другого мужика — это не про нее. А вот папаша та еще тварь. На все готов, лишь бы сэкономить пару фунтов на своей жене и ребенке.

Именно из-за него Ниалл с мамой оказались в дерьме, из которого им уже не выбраться, если только Ниалл сам не выбьется в люди. Он будет держаться подальше от всяких сомнительных дел, сделает карьеру и покажет отцу, кто тут настоящий мужик.

А пока он обречен сидеть все в той же ненавистной выгребной яме. Хотя недавно в его жизни появился намек на просвет. Ниалл давно хотел выучить русский язык — чтобы потом устроиться на работу к какому-нибудь олигарху и научиться грести деньги лопатой. Им-то насрать на всяких идиотов вокруг. Если надо, они и по головам ходят — ради развлекухи. Но в занюханной школе Ниалла не было учителей русского. Поэтому он и решил поискать репетитора в Интернете. И тогда на сайте «Ригмароль» познакомился с DD.

Ниалл не совсем ясно представлял, что значит сокращение DD. Наверное, какое-нибудь русское имя и отчество. Но зато сам DD был на сто процентов настоящим. Он уже дал Ниаллу несколько базовых уроков онлайн, продемонстрировав тем самым свои знания. А на этой неделе они договорились встретиться вживую. Они проведут первый настоящий урок, и Ниалл ступит на дорогу, ведущую к славе и богатству. Может, когда-нибудь у него даже будет своя футбольная команда.

Он еще покажет этому жалкому лживому ублюдку.

Одно дело — правильно сформулировать вопрос. Другое — правильно на него ответить. Тони вовсе не мешала непривычная обстановка; как ни странно, в доме Блайта он чувствовал себя на удивление спокойно и удобно. Если бы его чуть больше интересовал внешний антураж, он бы обставил свой дом точно так же.

Тони не давал покоя один и тот же упрямый вопрос: почему убийца напал на Дженнифер Мейдмент. Трудно представить себе человека, у которого могут быть личные счеты к четырнадцатилетней девочке, тем более способные толкнуть его на убийство. Если бы на нее ополчились одноклассники или дружки, то, скорее всего, они зарезали бы ее в каком-нибудь темном переулке. И обязательно нашлись бы свидетели. Во всяком случае, кто-то из родителей или знакомых наверняка прослышал бы про это преступление. Но убийство Дженнифер было чрезвычайно точно спланировано. Слишком «взрослое» оно было, это убийство. Кроме того, убийца пользовался машиной, да и вырезать у мертвой девочки половые органы сверстники не стали бы.

Может, этой смертью убийца хотел передать отцу или матери Дженнифер некое послание? Или обоим сразу? Правда, оставалось непонятным, каким образом Мейдменты могли пересечься на жизненном пути с человеком, который убийство и пытки считал нормальным способом общения. Отец Дженнифер управлял машиностроительной фирмой, мать работала на полставки учительницей в школе для детей со специальными потребностями. Даже если убийство было совершено в расчете на реакцию родителей, то метод преступник выбрал крайне странный. Относительно безболезненная смерть, а вслед за ней — чудовищное измывательство над телом? Нет, никакого сигнала родителям Тони здесь не видел — ни на попытку припугнуть Мейдментов, ни на месть им не похоже.

Перебирая варианты один за другим и тут же их отвергая, Тони обошел весь дом, бездумно переходя из комнаты в комнату и даже не отдавая себе отчета, до чего ему удобно передвигаться по особняку. Перестав наконец ломать голову над загадкой убийства, Тони обнаружил, что добрался до кухни. Он вдруг понял, что ужасно проголодался, и принялся рыться в ящиках в поисках чего-нибудь съестного. Особых деликатесов здесь не нашлось, но он в общем-то никогда не относил себя к гурманам. Со своей добычей — пакетом овсяных лепешек и банкой тушеной фасоли — он устроился за столом. Пребывая все в той же глубокой задумчивости, Тони вывалил на лепешки холодную фасоль и с огромным удовольствием, какого явно не заслуживало столь скромное блюдо, умял получившиеся «бутерброды». Ему все это очень нравилось — он ощущал себя одновременно Гансом и Гретель, исследовавшими ведьмин пряничный домик. Вот только в его доме никакой ведьмы не было.