Читаем Лишенные плоти полностью

— Я тебя не задержу, понимаю, что у тебя дел по горло. Просто хотела узнать, может, у тебя найдется сегодня время на поздний ужин?

Услышав эти чудесные слова, Пола чуть не расплакалась от умиления.

— Я бы с радостью, — вздохнула она. — Если поздний — это где-то после половины десятого. Тогда могу и успеть. Ну, если не случится чего-то экстраординарного, что потребует моего присутствия. Но обычно в это время мы уже свободны. Точнее, примерно к этому времени мы вылезаем из офиса.

— Ну и отлично. Ты бывала в «Рафаэлло»? Ресторанчик рядом с Вулмаркетом.

— Как-то проходила мимо.

— Я забронирую столик. На половину десятого. А если вдруг что, ты звони.

— Тогда до встречи, — попрощалась Пола. Внезапно она почувствовала себя лет на пять моложе — с нее легко соскользнул груз пережитых несчастий. Она вдруг подумала, что потихоньку восстанавливается. Возможно, когда-нибудь она даже станет человеком, для которого нормальные отношения с другими людьми не будут казаться неосуществимой задачей. Вернувшись на место, Пола с удовольствием поглядела на вытянувшуюся от удивления физиономию Сэма Эванса, который не ожидал от нее столь резкого перехода от уныния к оптимизму. Ох, наконец-то сегодня ее ждет приятный вечер.

Ну а пока осталось разобраться с брюсхиллскими детками. Пола была в боевом настроении, так что пусть поберегутся!

Альвин Амброуз лез из кожи вон, пытаясь убедить Паттерсона направить его на подмогу к манчестерской команде. Старший инспектор почему-то считал, что с такой тупой работой справится любой, не обязательно одаренный коп, но Амброуз хотел быть на месте, если вдруг обнаружится что-то интересное. Все равно при появлении стоящего следа расследовать его пошлют Амброуза, а так он будет поблизости.

— До них ведь всего сто пятьдесят километров, — убеждал он начальника. — Если тут что случится, я мигом вскочу в машину, врублю сирену и меньше чем через час буду здесь.

В конце концов Паттерсон согласился с его доводами.

Но теперь, приехав на место, Амброуз подрастерял свой энтузиазм. Впрочем, это было нормально. Он всегда спокойно относился к тому, что большая часть работы копа — чистая рутина. С собой в Манчестер Амброуз захватил список пятидесяти трех местных автомобилей, которые были в Вустере в день похищения и убийства Дженнифер Мейдмент. Старший инспектор Энди Миллвуд поприветствовал Амброуза и отвел ему стол в отделе по расследованию тяжких преступлений. Он даже приставил к нему помощницу — стажерку, проходившую у них в отделе практику. Ей дали задание возить Амброуза, не ориентирующегося в незнакомом городе, и присутствовать с ним на допросах. Миллвуд обставил дело так, будто обеспечил Амброузу полную поддержку и содействие, но Альвин прекрасно понимал, что у них попросту не нашлось никого лучше этой желторотой девушки, новичка в полиции. Да и приставили ее к нему не столько для помощи, сколько для надзора. Впрочем, это все же лучше, чем ничего.

— Мы считаем, что подозреваемый работает в сфере информационных технологий, ну, или просто связан с компьютерами, — заговорил Амброуз. — Но это не факт — всего лишь предположение, так что постараемся остаться непредвзятыми. Для нас сейчас самое главное — проверить у этих людей алиби, узнать, чем они занимались в Вустере, где были и с кем.

— Ясно, — ответила помощница, невысокая девушка с ногами, похожими на крикетные столбики. Не слишком привлекательную фигуру у нее вполне искупали шикарные иссиня-черные волосы в комплекте с сияющими темно-синими глазами. К Амброузу она отнеслась с опаской. То ли не знала, можно ли доверять чужаку, то ли просто не любила черных. — Район тут не слишком большой. В основном викторианские дома с террасами и многоквартирные дома, в которых преимущественно селятся студенты.

— Ну что, может, приступим?

Четыре часа спустя они опросили десять человек и выслушали поток оскорблений от респектабельных представителей среднего класса, которые знали свои права и горели желанием прочесть полицейским лекцию о недопустимости ущемления их гражданских свобод. Столь активной жизненной позиции придерживались представители самых разных возрастных и социальных групп — и студенты, и солидные адвокаты. Амброуз жил не в таком большом городе и привык, что политические гетто охватывают отдельные улицы, а не целые районы. Напор жителей Манчестера немало его шокировал.