Лена распускала свою косу. Русые волосы легли мягкой волной и Лена довольно запустила в них пальцы. Каждый день она заплетала их и сейчас, распустив, чувствовала себя красивее, чем обычно. Конечно, волосы на празднике промокнут, а потом на палящем солнце высохнут в солому, но сейчас после косы она чувствовала себя почти красивой. Лена была одной из русалок и подобрала себе длинную юбку и стащенную у мамы из дома белую майку. Она покрутилась на месте: заметят ли ее преображение?

— Неплохо, — Валера-Тритон нацепил на голову картонную корону.

Пугать малышей Лене с Катей быстро надоело: вошли в раж Сережа и Саша, поэтому можно было отдохнуть в теньке. Катя довольно вытянула худые ноги и стащила с головы пиратскую бандану.

— Дуешься за вчерашнее? — она обратилась к Лене, накручивая на палец тряпочку минуту назад бывшую головным убором. И не дав Лене ответить, хлопнула себя по бедру:

— Вот заразы, неужели и сюда протащили — она ткнула пальцем на сидящих неподалеку девочек из отряда близнецов. У одной из них была «чихалка». Несмотря на запрет гаданий, каждая вторая в лагере имела при себе дневничок в котором было подробно расписано в какое время и что будет означать твой чих. Помимо чихалок, были спотыкалки и даже икалки, но пользовались они меньшей популярностью.

— Хм-м, — протянула Лена, пылинка попала ей в нос и вместо ответа она громко чихнула. Хотелось пообижаться на Катю, но смысла в этом никакого не было. Будь Катя хоть сто раз виновата, все равно она не признает вину. Легче сразу сделать вид, что ничего не было, проглотить обидное упоминание Валеры, чем совсем лишиться общения.

Тем временем к маленьким девочкам подлетели несколько чумазых чертиков из же отряда и потянули упирающихся гадалок к воде. Чихалка осталась валяться на песке, листки тонкой тетрадки в клеточку листал ветер.

Катя на цыпочках по горячему песку проскочила к ней и, зацепив тетрадку двумя пальцами, также вернулась обратно.

— Сейчас глянем, — она начала листать.

Девочки уже вылезли из воды и робко смотрели в сторону вожатых. Сережа, подскочив к подругам, легонько тыкнул Катю в бок игрушечной саблей.

— Ты не спеклась еще, бандитка? Могу сбегать столовую за водой. — Он заметил чихалку, и девчонок, от робости не знающих как ее забрать. — У кого взяла?

— Конфисковала, — Катя показала ему язык, но заметив напрягшуюся Лену протянула девчонкам тетрадку.

— Ты чего, Ленок, — Катя обвила Лену сзади. — Сама не своя как приехали сюда.

— Мне сложно привыкнуть, что ты вот.. — Она кивнула на Сережу, в стороне рассматривающего вместе с пионерками читалку. — С ним.

Лена наконец призналась в том, что и так было понятно и очевидно для всех Простое признание о том, что ей сейчас сложно далось сложнее чем все брошенные на эмоциях фразы

— Мне стыдно, Кать.

Праздник подходил к концу, и пионеры потихоньку начали разбредаться по лагерю

— И у тебя скоро суженый появится, — примирительно сказала Катя. — Чихалка врать не будет

— Обязательно, — Лена натянуто улыбнулась. Катя опять все свела к отношениям, словно не видя ничего кроме них. Говорить о чем-то дальше было бессмысленно.

Катя вызывала симпатию и умиление, Лена же постоянно оставалась в тени, что до боли в груди ее обижало, и она ненавидела себя за эту обиду. Но несмотря ни на что, как только они оставались вместе, все обиды исчезали, и подруги словно растворялись друг в друге. Часто непонятно было Лене чего она боится: то ли того, что из них двоих выберут Катю, то ли, что она сама влюбится и забудет о Лене, утечет от нее словно песок из-под пальцев.

Глава 9

У меня ее лицо, ее имя

— Лена, вставай, — Аня трясла спящую Лену. — Катя уезжает.

— Что… Куда уезжает? — Лена разлепила глаза и тут до нее дошло. Катя уезжает?!

Она вскочила с кровати.

— Я сейчас бегать ходила, — объясняла Анька, пока Лена судорожно одевалась. — Увидела как она с воспиталкой и Серегой шла к воротам. Она попросила тебя разбудить.

«Еще раз мне придется бегать в этом лагере и следующая на отъезд отсюда буду я», — Лена, задыхаясь, бежала к воротам.

Скоро у арки она увидела бледную низкую девушку в коротких шортах и длинной футболке и парня в грязных штанах и несвежей майке, сжимающего набитую сумку. Поодаль стояла высокая крупная женщина лет 50, обмахиваясь панамой и неодобрительно посматривающая на пару.

— Ты отряд с кем оставил, Сережа? — Лена наконец была у входа и услышала отрывок разговора.

— Здравствуйте, — она кивнула старшей вожатой и оттащила Катю в сторону. — Что происходит? Куда ты уезжаешь?

— Домой. Кажется, что моя смена закончилась. — Катя попыталась улыбнуться. — Родителей срочно вызывают в командировку, кому-то нужно следить за бабушкой.

— Автобус скоро, — напомнил Сережа. — Пошли.

— Катю пойду провожать я, — вмешалась вожатая. — Вы идите к себе в корпус.

Лена и Сережа поплелись обратно вглубь лагеря. Солнце уже встало и стало припекать.

— Нас возможно вместе поставят, — протянул Сережа. — К твоему большому сожалению.

— К твоему тоже, — тем же тоном ответила Лена. — Да и с чего бы вдруг? Куда я своих детей оставлю?