Читаем Либертарианство полностью

К тому же бюрократическая монополия — крайне неэффективный способ предоставления ценных услуг. Если у нас больше нет никакой уверенности в способности государства производить сталь, на основании чего мы должны ждать от него успехов в выполнении гораздо более тонкой и сложной задачи передачи знаний и ценностей миллионам не похожих друг на друга детей? Вспомните саркастическое замечание Марка Твена: “Я никогда не позволял школьному обучению вмешиваться в мое образование”. Образование получают различными путями, и не следует думать, что наша нынешняя система школьного обучения не подлежит изменению.

Источники: Educational Testing Service, U.S. Department of Education. Digest of Education Statistics 1994. Washington: National Center for Education Statistics, 1994. Tables 127 and 165.

Примечание: результаты тестирования успеваемости для 1961–1967 гг. — средние для всех учеников; 1968–1994 гг. — средние для учеников выпускных классов, собирающихся поступать в колледж.

Главный недостаток системы государственных школ США становится очевиден из представленного графика. В то время как реальные (с поправкой на инфляцию) расходы за 30 лет выросли втрое, результаты тестов резко ухудшились и зафиксировались на этом уровне. Со времен Второй мировой войны школы и школьные округа становились все крупнее и крупнее, что сделало их невосприимчивыми к общественному контролю и до крайности забюрократизированными. С 1960 по 1984 год количество учеников в американских государственных школах выросло всего на 9 процентов, тогда как число учителей увеличилось на 57 процентов, а число директоров и школьных инспекторов — на 79 процентов. Численность вспомогательного персонала за этот период увеличилась на 500 процентов, однако каждый раз, когда возникает угроза сокращения бюджета, все школьные системы объявляют, что будут вынуждены уволить учителей, а не бюрократов. В центральном аппарате системы государственных школ Нью-Йорка работает 6000 человек, тогда как центральный административный аппарат системы католических школ Нью-Йорка, обучающей в четыре раза меньшее число учеников, состоит всего из 30 человек.

Ухудшение результатов тестирования не единственная беда; работодатели жалуются, что выпускники американских средних школ не подготовлены к работе. Во время опросов американские студенты утверждают, что обладают хорошими навыками в области письма, чтения и математики, однако у работодателей другое мнение. По результатам одного из таких опросов всего 22 процента работодателей считали, что недавно принятые на работу выпускники средних школ имели достаточные познания в математике, и лишь 30 процентов были удовлетворены их умением читать. Когда компания BellSouth провела тестирование претендентов на должность лаборантов, прошло только 8 процентов. Компания Motorola тратит 1350 долларов в год на одного работника для обучения базовым навыкам. Многие компании переписывают руководства, делая их понятными для людей, обладающих недостаточными навыками чтения, или разрабатывают технологию, которая не требует умения читать и знания математики. Выпускники школы выходят на рынок труда совершенно не подготовленными к глобальной конкуренции.

За последние 20 лет все формы коммуникации и передачи информации претерпели революционные изменения, а школы до сих пор выглядят так же, как и 200 лет назад: учитель читает лекцию перед тридцатью учениками, а школьный день и школьный год приурочены к ритму жизни сельскохозяйственного общества. Только представьте себе, какие динамические нововведения могли привнести в учебный процесс компании, работающие ради прибыли, если бы они предоставляли образовательные услуги.

Либертарианцы хотят вырвать образование из рук бюрократического государства и заставить его реагировать на запросы учеников и родителей. Частные школы добились гораздо больших успехов в обучении, но многим родителям не по карману платить одновременно и за систему государственных школ, и за частную школу. Если бы им не нужно было платить школьные налоги[59], они могли бы покупать образовательные услуги на рынке. Или если бы налоги были ниже, больше семей могли бы позволить, чтобы один из родителей учил детей дома.