Читаем Левенхет полностью

Марк положил свои тарелки одна в другую и вместе с ними отправился к низкой стойке, сделанной специально для коротышек. Земельник как всегда демонстративно не обращал на человека внимания, пока Марк не привлёк его кашлем. Коротышка зло, исподлобья, посмотрел на него, ненадолго прекращая писать, но при этом продолжая возиться парящими в воздухе кухонными приборами и овощами с нарезанным розовым мясом.

— Прошу прощения, — как можно вежливее обратился Марк, очень надеясь на взаимность, — я лишь хотел высказать своё восхищение за вашу потрясающую готовку. Такого я не пробовал даже в знаменитом заведении Челока.

Перед тем как заказать ещё порцию рагу, он решил задобрить земельника, и судя по всему лесть подействовала, так как коротышка выпрямился и уже более заинтересованно смотрел на антийца.

— Должен признать, что я восхищён тем, как у вас получается создавать такие блюда без использования какого-либо волшебства, поэтому вы поистине великие повара. Я хотел попросить, — он поставил деревянные тарелки на стойку, — можно ли ещё отведать вашего потрясающего рагу?

Земельник продолжал молчать, что уже начало сильно раздражать, и всё-также недовольно смотрел на мальчишку. В какой-то момент он напряг губы и плюнул Марку в лицо. Слюна попала в левый глаз и начала стекать у носа, при этом Марк чувствовал странный, но вкусный запах, исходящий от неё. Было неясно, что спровоцировало его на такой поступок, ведь антиец не сказал ничего плохого. Паренёк не знал ни образа жизни, ни традиций земельников, так быть может этот плевок что-то да значит?

— Фима, — повернулся Марк, так и не вытерев слюну, — они так выражают свою любовь?

— Нет, он просто харкнул тебе в харю.

Марк был потрясён, а земельник с невозмутимым наглым видом продолжал стоять и молчать как ни в чём небывало.

— За что? — спросил Марк, вытирая слюну с лица.

— Терпеть не могу тех, кто выцеловывает других в задницу, — грубо ответил земельник и телекинезом подхватил тарелки, — добавка через минуту. Вали на своё место, подхалим.

— Внимание! — резко встал с места Бракас, обращаясь к Фимало, — Теперь давайте убедимся в эффективности моих методов общения в таких ситуациях! Смотри, Фима, сейчас мы попробуем всё решить мирно!

Бракас подошёл к стойке, стал рядом с Марком и с добродушным видом посмотрел на земельника, очень фальшиво улыбаясь.

— Уважаемая мелюзга, — обратился он к земельнику, — хочу уведомить вас о том, что в данной ситуации вы не правы, и я требую не только извинений в адрес этого паренька, но и компенсацию в виде бесплатного ужина, — он вновь посмотрел на Фимало, — а теперь внимание!

Как только он закончил говорить, земельник вновь набрал слюну в рот и плюнул Бракасу в щёку, а тот в свою очередь стал указывать в его сторону пальцем.

— Вот и вся польза от вашей сраной вежливости. Ну а теперь мы поступим, по-моему!

Улыбка сразу пропала с его лица, сменяясь угрюмым выражением. Он схватил земельника за ворот рубахи, поднимая вверх, и отвесил коротышке две сильных пощёчины. Марк заметил, что при этом недовольная мимика земельника не спала с его лица, как будто наёмник держал чучело. После этого он одной рукой швырнул карлика в другой конец харчевни, и тот рухнул на стол, свалившись на пол. Забавно смотрелось то, что другие земельники никак не отреагировали на данный конфликт, а всё также продолжали есть и хихикать, общаясь друг с другом.

— Это был урок о том, как полезно отвечать злостью на злость, — выставив руки на пояс, с довольным видом сказал Бракас, — учись, антиец, даже несмотря на то, что ты довольно-таки хиленький, должен уметь набить рожу кому угодно!

— Браво, Бракас! — похлопал в ладоши Фима, но наёмник даже не оборачивался, — Действительно очень эффективный метод общения с хамами. Вот только ты забыл о самом главном. О том, что зло имеет не очень приятное свойство возвращаться.

— В смысле?

Не успел Бракас обернуться, как вдруг ему в спину, валя наёмника на пол, врезался стол, прилетевший оттуда, куда упал земельник. Коротышка уже стоял на ногах, всё такой же недовольный, и при этом абсолютно целый. Земельник, держа руки за спиной, медленно отправился к Бракасу, который, с трудом оправляясь от удара в спину, начал подниматься на ноги. В этот момент дверь харчевни раскрылась, но внутрь никто не вошёл, а стол, отлетев к стене, набрал большее пространство для размаха и вновь врезался в наёмника. Бракас сильно получил всей площадью столешницы по телу и пулей вылетел из здания, и Марк собственными глазами наблюдал за тем, как тот увеличился, когда пересёк порог дома. Стол медленно опустился на своё место, а земельник уже стоял за стойкой, продолжая писать и готовить. Сила удара была настолько большая, что Марк ненароком подумал о том, что у Бракаса могли быть переломаны все кости.

Мальчишка выбежал на улицу, наёмник стоял на четвереньках в десятке метров от входа в харчевню и ругался, стиснув зубы. Напротив него стоял Виктор и осуждающе смотрел на Бракаса, рядом с ним был земельник в серой длинной рубахе.