Читаем Лев и Сокол полностью

— Да. Я думаю, ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе. — Он погладил её промежность, и машина дернулась, но она ни на секунду не отвлеклась от дороги перед ними. Тот факт, что она не сводила взгляд с дороги, сказал ему о многом, так же как и запах возбуждения. Было ожидаемо, что она будет упорно сопротивляться. Все это было частью её очарования. — Думаю, ты хочешь меня так же сильно, как я хочу тебя.

— Я думаю, ты тщеславен.

— Так и есть. Но ты мокрая. Для меня. — Он погладил её, и она не смогла сдержать тихий стон, сорвавшийся с губ.

— Я должна присматривать за тобой.

— Что будет проще простого, если мы будем кожа к коже?

— Нужно быть настороже в случае опасности.

— О, поверь, мой лев никому не позволит подкрасться к нам незаметно. — И если бы кто-то попытался помешать ему, он, вероятно, разорвал бы его в клочья.

— Мы слишком разные.

— Знаешь, как говорится, противоположности притягиваются.

— Я не хочу отношений.

— Кто сказал, что они у нас будут? Нет ничего плохого в старомодном сексе. Никаких обязательств. Только наслаждение. Страсть. Дрожь. Кожа к коже. Удовольствие. — Он наклонился, прошептав последние несколько слов, и его дыхание коснулось её кожи.

Она вздрогнула, и машину снова затрясло.

— Из-за тебя мы умрём, — прохрипела она.

— Я буду вести себя хорошо. На данный момент. Но ты не против, если мы вернемся в квартиру немного быстрее? Я не могу ждать так долго.

Их скорость, которая снизилась, когда он поддразнивал её, резко возросла, когда она нажала на газ. Он мог бы посмеяться над проявлением нетерпения, но сдержался. Он не хотел, чтобы что-то заставило её передумать. Они добрались до парковки без происшествий и в молчании, сексуальное напряжение между ними нарастало. Как только они вышли из его машины, сразу быстрыми шагами направились к лифту. Еще до того, как двери закрылись, он прижался к ней, его рот искал её, жаждущий попробовать на вкус. Она встретила его, столкнувшись зубами и языком, возбуждение было таким же пылким.

Клянусь всеми святыми, она воспламеняла его. Он не мог насытиться, её сладким вкусом вишневого пирога, горячим дыханием. Она разбудила в нем плотского зверя, дикаря, животное, которое хотело большего, чем просто погрузить свой член внутрь. Он хотел укусить и оставить след, чтобы все увидели. Хотел крикнуть всему миру, чтобы тот держался от неё подальше, потому что она принадлежала ему. Он хотел её, нуждался в ней. Но нуждалась ли она в нём в ответ?

Чувственное скольжение языка по его языку и неистовое движение её бедер навстречу его члену, казалось, говорили «да». Но прямо сейчас ею владело вожделение. Оно владело ими обоими. Ответам на его вопросы придется подождать. Он не осмеливался сделать ничего, что могло бы разрушить их чувственные, страстные чары.

Очень скоро они добрались до его этажа, и резкий звук звонка и открывающихся дверей заставил их разойтись.

— Мы прибыли, — сказала она, затаив дыхание, не сводя с него пристального взгляда.

— Кто первый войдет в дверь, тот кончит первым?

— А если ничья?

О, чёрт. Его член дернулся при мысли о том, что он взорвется внутри неё в тот момент, когда она достигнет оргазма. Насколько порочным было бы чувствовать, как её плоть доит его, когда он кончает?

Он зарычал в ответ, мужчина поддался страсти своего зверя, что взяла верх над его манерами, когда он подхватил её на руки и зашагал по коридору. На полпути к своей квартире он почувствовал запах и чуть не заревел от разочарования, когда внезапно понял, что вечер закончится не на той ноте наслаждения, на которую он рассчитывал. Она не сразу заметила, что он отвлёкся, занятая покусыванием его шеи. Она даже всосала его кожу достаточно сильно, чтобы, возможно, оставить красную отметину, знак принадлежности.

Рассеянный или нет, охваченный пламенем или нет, он не мог поддаться очарованию её действий, не тогда, когда его лев проснулся, проснулись защитные инстинкты. Опасность. Да, в его квартире поджидала опасность: он чувствовал её запах, осязал её. Его самолюбие тешило осознание того, что он настолько вывел её из равновесия, что заметил это первым. Он приподнял подбородок и коснулся губами её губ, тихо пробормотав:

— Кажется у нас гости.

Она мгновенно прекратила свои покусывающие ласки, и томная чувственность, которую она только что демонстрировала, сменилась той стальной решимостью, которую она демонстрировала остальному миру.

— Враг, я так понимаю?

Он кивнул и поставил её на ноги.

— Чёрт возьми. — Она вытащила пистолет, и он увидел, как она делает глубокие вдохи, успокаивая учащенный пульс. Он приберег свою гордость за то, что так сильно взволновал Клариссу, на потом. Прямо сейчас им нужно было собраться с мыслями.