– Нет, нет и еще раз нет, – донесся из коридора голос Ани. – Я не пойду на остров! Там живут чудовища! Видели этот лысый ужас, который плыл к берегу? Вероятно, их там целая стая, и они с голодухи не откажутся закусить заблудившимися туристами.

– Анечка, право, не стоит отказываться от прогулки, – вклинился в торопливую речь Ани голос Кати. – Нас много, ни одна тварь не рискнет подойти к компании! Предположим, на острове обитает одичавшая… э… ну…

– Помесь лошади с танком, – вдруг засмеялась Аня. – Ни за какие коврижки не спущусь с теплохода. И я вовсе не уверена, что в покинутом городке совершенно безопасно. Вон Припять не зря стоит пустая.

– Здесь нет радиации, – предприняла новую попытку Катя. – Никакого стронция, или урана, или не знаю, на чем работала погибшая АЭС[14].

– Я боюсь, – уперлась Аня. – И Никита не хочет уходить с теплохода. Зачем нас принуждать? Мы, видишь ли, на взводе. Собирались весело провести время в приятной компании, днем посещать города, где пристанет теплоход, вечером пить вино, танцевать на палубе, расслабляться, а в результате оказались в карантине!

– Это необходимая мера предосторожности, – уверенно и спокойно произнесла Екатерина. – Думаю, врачи решили: лучше перебдеть, чем недобдеть. Не поняли, какую заразу подцепили девочки, и на всякий случай приняли меры. Вот увидишь, очень скоро нас отпустят.

– Надеюсь, ты не ошибаешься, – нервно воскликнула Аня. – А то я слышала, что в некоторых прибрежных городках летом случаются вспышки холеры.

Катюша засмеялась:

– Сейчас осень.

– Но очень теплая, – не успокаивалась Аня. – Я даже ни разу не набросила на плечи кардиган.

– Холеру отлично лечат, мы живем не в пятнадцатом веке, уже и чума с оспой перестали уносить сотни тысяч жизней. Есть вакцины, мощные антибиотики, человечество питается намного лучше, чем в Средние века, все знают о пользе занятий спортом и прогулок, – назидательно заявила Катя. – Анечка, ты чего больше боишься: мутанта с острова или инфекции?

– Сложный вопрос, – промямлила Редька. – Полагаю, заболеть намного хуже. Во всяком случае, подцепить заразу более вероятно, чем столкнуться с водоплавающим кошмаром!

– Тогда тебе просто необходимо проводить как можно больше времени на свежем воздухе! – воскликнула Катя. – Теплоход практически не проветривается, бациллы и вирусы прячутся здесь повсюду.

– Нет, – не поддалась на уговоры Аня, – никуда я не двинусь, и Никита со мной останется. В крайнем случае, спустимся на берег и посидим на песке. Если монстр обнаружится в зоне видимости, успеем улизнуть на корабль.

– Как хочешь, дорогая, – расстроенно сказала Катя. – Жаль, когда человек сам лишает себя удовольствия, но я исчерпала все аргументы. Подумай еще раз, нас ждет невероятно увлекательная прогулка, захватывающая экскурсия по пустому городу! Прямо голливудский фильм! Ты будешь отчаянно завидовать всем и ругать себя за упущенную возможность!

Неожиданно в беседу женщин вмешался мужской голос:

– Давай пойдем!

– Никита! – с раздражением воскликнула Аня. – Я же просила!

– Там, наверное, можно найти тему для новой серии картин, – задумчиво протянул художник.

– Катюша-а-а, – донеслось издалека. – Ты где?

– Вы решайте поскорей, – попросила Самойлова, – уходить пора. Двинем на центральную улицу, там, говорят, удивительный пейзаж: дома в целости и сохранности, а людей нет. Ой, совсем забыла! Стивен Спилберг ведет сейчас переговоры с Россией, хочет снимать в Козловске кино. Можно выстроить любые декорации, создать при помощи компьютера иной мир, но ничто не сравнится с реальностью. Такие места, как Козловск, на земле можно по пальцам пересчитать, и в большинство из них даже сунуться страшно: либо высокий радиоактивный фон, либо неведомая зараза витает. Так что Козловск уникален.

Глава 25

Нехорошо подслушивать чужую беседу, но я лежала в собственной каюте, и если Аня и Никита хотели сохранить в тайне свой разговор, им следовало запереться у себя, а не вести диалог на повышенных тонах в коридоре.

– Кит! – возмутилась Анна, когда шаги Кати удалились. – Ты обещал остаться со мной!

– Пойми, – смущенно забубнил художник. – Мне необходим толчок, новая тема, впечатления. Я хочу создать серию полотен, давно пора заняться настоящим творчеством, жизнь утекает сквозь пальцы. Перед нашим отъездом я включил телик – ба! Костя Рябкин! Мой однокурсник, абсолютно бездарный, его в Строгановское приняли исключительно из-за папиных заслуг, тот очень известный скульптор, глыба, прости за случайный каламбур. На Косте природа, как ей и положено, отдохнула. Он и малевал пейзажики, похожие на те, которыми у метро торгуют. Знаешь, кто был самый талантливый?

– Догадываюсь, – протянула Аня.

– Не стоит ехидничать, – обозлился Никита. – Действительно я. Но мы сыграли на третьем курсе свадьбу, и чтобы прокормить семью, мне пришлось подрабатывать, и в результате до сего дня я малюю фантики для конфет! А Рябкин с его нулевым потенциалом открыл выставку, о ней сообщила программа «Время»!