Читаем Летопись начала полностью

"И был Авель пастырь овец; а Каин был земледелец» (Быт.4,2). Для библейского миропонимания жизнь пастуха более способствует богоугождению, нежели земледелие. Первый чувствует себя странником и пришельцем на земле (Евр.11,9), второй же полностью связан с ней. Первый полагается более на волю Божию и у него много времени для размышления о Творце, второй же, как евангельская Марфа, печется и молвится о мнозем. Ведь земледелие невозможно без планов на будущее и опоры на свои силы, благодаря чему легко забыть о том, что в Боге цель нашей жизни. В Израиле был особый род подвижников-рехавитов, которые обитали в шатрах и не занимались земледелием, чтоб жить как странники имеющие отечество на небесах (Иер.35). И по заповеди Господней весь народ Израильский должен был восемь дней в году жить в шалашах, чтобы не забыть, где его настоящий дом.

Необходимо заметить, что Библия отвергает популярные теории о постоянном прогрессе человечества от варварства к цивилизации, от охотничества и собирательства к земледелию и скотоводству. Эти измышления основаны лишь на огромном энтузиазме (в буквальном смысле, т. е. бесновании) ее приверженцев и на весьма сомнительных датировках доисторического периода, основанных на рассуждении типа порочного круга. Самые ранние письменные источники Шумера и Египта знают о древнем существовании и земледелия, и скотоводства. Равным образом неверно представление о том, будто древние люди специально одомашнивали животных, таких как собака, овца, вол, лошадь или верблюд. -По утверждению святых Отцов эти создания Сам Бог оставил покорными человеку после его падения.

"Спустя немного времени (букв. "в конце дней"), Каин принес от плодов земли дар Господу. И Авель также принес от первородных стада своего и от тука их» (Быт.4,3-4). Выражение Писания "в конце дней" означает, что жертвоприношение это совершено было в день новолетия, которое приходилось тогда на первый день весны. Здесь мы видим первый знак что светила начали исполнять свою задачу в указании священных времен.

Возникает вопрос. -Кто научил сынов Адамовых приносить жертвы? Многие толкователи утверждают, что Учителем их был сам Бог, облекший Адама в кожаные ризы. (7. стр.73) Подтверждением этой догадки является закон, предоставляющий жрецу кожу всесожжения (Лев.7,8). Эти кровавые жертвы установлены Создателем как символ и прообраз той Единственной Жертвы, которую собирался принести Он Сам.

Однако вернемся к священным словам и посмотрим, как исполнили эту заповедь Божию два брата. Первый, выявляя скрытый недуг своего сердца (как это обыкновенно и происходит при встрече нечестивца с Богом), решил откупиться от Господа и дал в жертву то, что ему самому было не нужно. "От плодов земли". Авель же, пронизанный Божиим дыханием, принес самое лучшее - "перовородное .. и от тука", потому что знал сердцем, что все его от Бога. Каин же считал все свое результатом собственных усилий.

«И призрел Господь на Авеля и на дар его; а на Каина и на дар его не призрел» (Быт.4,4-5).

Выразилось это призрение Божие, по преданию, в том, что на жертву Авеля сошел огонь с небес и пожрал ее, не прикоснувшись к жертве Каиной. -Так учили святые Ефрем и Златоуст.

«Каин сильно огорчился, и поникло лице его» (Быт.4,5).

В душе у того, кто считал себя добившимся всего своими силами возник сильный гнев (так букв. в тексте), ибо он почитал себя достойным чуда, а его обошли в том, что он считал по праву своим. С другой стороны гордыня Каина побуждала его боятся насмешек родителей, братьев и сестер (у Адама были еще дети). В результате он обратил свое лице к силам ада, и созданный смотрящим вверх (что и означает слово "человек"), уподобился первому завистнику-сатане.

"И сказал Господь Бог Каину: почему ты огорчился? И отчего поникло лице твое? Если делаешь доброе, то не поднимаешь ли лица? А если не делаешь доброго, то у дверей грех лежит; он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним» (Быт.4,6-7).

Вседержитель предостерегает первородного сына от покорности греху, подобно собаке лежащему около дверей его сердца. Это состояние именуется у Отцов прилогом, когда человек сам властен избрать или отвергнуть преступление. Обращение Бога к Каину показывает, что сатана и после падения не имеет власти насильно совершить грех, но лишь склоняет на него свободную волю человека, обольщенную мнимым благом.

"И сказал Каин Авелю, брату своему: пойдем в поле. И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его» (Быт.4,8).

Так пишет об этом страшном проявлении смерти на Земле св. Иоанн Богослов: "Каин, который был от лукавого и убил брата своего. А за что убил его? За то, что дела его были злы, а дела брата его праведны» (1 Ин.3,12).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации
Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации

Дэниел П. Браун – директор Центра интегративной психотерапии (Ньютон, штат Массачусетс, США), адъюнкт-профессор клинической психологии Гарвардской медицинской школы – искусно проводит читателя через все этапы медитации традиции махамудры, объясняя каждый из них доступным и понятным языком. Чтобы избежать каких-либо противоречий с традиционной системой изложения, автор выстраивает своё исследование, подкрепляя каждый вывод цитатами из классических источников – коренных текстов и авторитетных комментариев к ним. Результатом его работы явился уникальный свод наставлений, представляющий собой синтез инструкций по медитации махамудры, написанных за последнюю тысячу лет, интерпретированный автором сквозь призму глубокого знания традиционного тибетского и современного западного подходов к описанию работы ума.

Дэниел П. Браун

Религия, религиозная литература
Суфии
Суфии

Литературный редактор Evening News (Лондон) оценил «Суфии» как самую важную из когда-либо написанных книг, поставив её в ряд с Библией, Кораном и другими шедеврами мировой литературы. С самого момента своего появления это произведение оказало огромное влияние на мыслителей в широком диапазоне интеллектуальных областей, на ученых, психологов, поэтов и художников. Как стало очевидно позднее, это была первая из тридцати с лишним книг, нацеленных на то, чтобы дать читателям базовые знания о принципах суфийского развития. В этой своей первой и, пожалуй, основной книге Шах касается многих ключевых элементов суфийского феномена, как то: принципы суфийского мышления, его связь с исламом, его влияние на многих выдающихся фигур в западной истории, миссия суфийских учителей и использование специальных «обучающих историй» как инструментов, позволяющих уму действовать в более высоких измерениях. Но прежде всего это введение в образ мысли, радикально отличный от интеллектуального и эмоционального мышления, открывающий путь к достижению более высокого уровня объективности.

Идрис Шах

Религия, религиозная литература