Читаем Летопись начала полностью

Можно сформулировать такой "закон развития науки", - "чем больше узнает наука, тем меньше рудиментов. " Очевидно, что рудиментов не существует вовсе, а есть органы, чье значение для человека еще не известно. "Атавизмы" же также доказывают" происхождение человека от млекопитающих, как существование двухголовых уродов - происхождение его от драконов.

Тоже самое можно сказать и об так называемом "законе Геккеля", утверждающем, что зародыш повторяет собою эволюцию человека. Наиболее часто приводят пример так называемой жабры эмбриона, но необходимо сказать, что их функция резко отличается от назначения жабр рыб. Кислород и питание младенец получает через плаценту, а не через эти отростки. Таким образом, сходство здесь мнимое. Они происходят совсем из другого генетического материала. Томас Хайцу сказал по этому поводу: "Жаберные щели столь же убедительно доказывают, что человеческий род в своем развитии прошел через стадию рыбы, как лунообразное лицо юного китайца доказывает, что предком его была Луна".

Г. Честертон однажды остроумно заметил, что "никакой опыт не поможет создать человека или увидеть, как он создан. Изобретатель может понемногу создавать аэроплан, даже если он складывает цифры на бумаге или куски металла у себя во дворе. Когда он ошибется, аэроплан его поправит, свалившись на землю. Но, если ошибется антрополог, рассуждающий о том, как наш предок жил на деревьях, предок ему в поучение с дерева не упадет... Мы говорим о питекантропе, словно он обычный исторический деятель, вроде Наполеона. В популярных книгах об истории мы видим его портреты рядом с портретами Карла I или Георга IV. Все приметы его перечислены, все волоски сочтены, и, если мы ничего о нем не знаем, мы не подумаем, что перед нами только голень, часть черепа или зубы. О нраве его говорят так, словно прекрасно с ним знакомы. " [13, с.111-113].

Ясно, что антропологию вовсе нельзя считать ныне наукой, а лишь формой фантастической сказки конца II тысячелетия по Р.Х. У нас нет ни малейших оснований считать, что у человека, как и у любого другого вида животных или растений есть какие-либо предки. Так что библейский рассказ о сотворения Адама из праха земного и доныне остается наиболее логичным и верным объяснением нашего существования.



Глава 7. Некоторые итоги

Подведем же некоторые итоги. В ходе анализа подлинных научных фактов выяснилось, что эволюционизм не является научной теорией, а особой формой атеистической, антихристианской религии. По этому попытаемся же сформулировать вкратце ее "символ веры" затем, чтобы было что далее развенчивать с позиции христианского богословия.

Эволюционисты как бы говорят:

Верую в то, что нет Бога Творца и Промыслителя, а есть вечная и слепая Эволюция; что Вселенная сама по себе выпрыгнула из ничего, и сама себя стала развивать, несмотря на увеличивающийся хаос. Верую, что в результате случайно из хаоса возник космос, из смерти - жизнь, из безумия - разум. Твердо убежден, что если какие-либо факты или законы природы противоречат эволюции, то они должны быть отброшены с яростью, по известной поговорке - "Если наше учение противоречит фактам, то тем хуже для фактов". Также я твердо знаю, что самая великая сила Эволюции - это Госпожа Смерть, которая творит миры, и которой я (эволюционист) принадлежу без остатка и ради нее готов уничтожить всех ее противников. Я не верю в существование нравственности, и хочу жить так, как мне хочется, ибо я умру и стану опять мертвой материей, из которой смерть и Эволюция меня же и воззвали. "

Против этого наглого восстания сатаны на Церковь мы воспоем песнь победы:

"Смерть! где твое жало? Ад! где твоя победа? Жало же смерти - грех; а сила греха - закон. Благодарение Богу, даровавшему нам победу Господом нашим Иисусом Христом! " (1 Кор.15, 55-57).


Литература

1. И. А. Климишин. Астрономия наших дней. М., 1986.

2. Г. Моррис. Библейские основания современной науки. Спб., 1995.

3. Евфимий Зигабен. Толковая Псалтырь. Киев, 1882.

4. Д. Петерсен. Открывая тайны творения. Спб. 1994.

5. Научный фундамент идеи творения. М. 1993.

6. Б. Хобринк. Эволюция. Яйцо без курицы. М. 1993.

7. К. Хэм. Э. Снеллинг. К. Вилэнд. Книга ответов. М. 1993.

8. Библия и наука: богословие, геология, астрономия, археология, история. М. 1996.

9. Д. Гиш. Ученые креационисты отвечают своим критикам. Спб., 1995.

10. В. А. Кордюм. Эволюция и биосфера. Киев, 1982.

11. Всемирная история. М. 1996, том 1.

12. Серафимово послушание. М. 1996.

13. Г. Честертон. Вечный человек. М. 1991.



Часть III. Творческая седмица

Глава 1. День первый

«Верою познаем, что веки устроены словом Божиим, так что из невидимого произошло видимое.»

(Евр.11,3)
Перейти на страницу:

Похожие книги

Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации
Указывая великий путь. Махамудра: этапы медитации

Дэниел П. Браун – директор Центра интегративной психотерапии (Ньютон, штат Массачусетс, США), адъюнкт-профессор клинической психологии Гарвардской медицинской школы – искусно проводит читателя через все этапы медитации традиции махамудры, объясняя каждый из них доступным и понятным языком. Чтобы избежать каких-либо противоречий с традиционной системой изложения, автор выстраивает своё исследование, подкрепляя каждый вывод цитатами из классических источников – коренных текстов и авторитетных комментариев к ним. Результатом его работы явился уникальный свод наставлений, представляющий собой синтез инструкций по медитации махамудры, написанных за последнюю тысячу лет, интерпретированный автором сквозь призму глубокого знания традиционного тибетского и современного западного подходов к описанию работы ума.

Дэниел П. Браун

Религия, религиозная литература
Суфии
Суфии

Литературный редактор Evening News (Лондон) оценил «Суфии» как самую важную из когда-либо написанных книг, поставив её в ряд с Библией, Кораном и другими шедеврами мировой литературы. С самого момента своего появления это произведение оказало огромное влияние на мыслителей в широком диапазоне интеллектуальных областей, на ученых, психологов, поэтов и художников. Как стало очевидно позднее, это была первая из тридцати с лишним книг, нацеленных на то, чтобы дать читателям базовые знания о принципах суфийского развития. В этой своей первой и, пожалуй, основной книге Шах касается многих ключевых элементов суфийского феномена, как то: принципы суфийского мышления, его связь с исламом, его влияние на многих выдающихся фигур в западной истории, миссия суфийских учителей и использование специальных «обучающих историй» как инструментов, позволяющих уму действовать в более высоких измерениях. Но прежде всего это введение в образ мысли, радикально отличный от интеллектуального и эмоционального мышления, открывающий путь к достижению более высокого уровня объективности.

Идрис Шах

Религия, религиозная литература