Читаем Летящие по струнам-2 полностью

– Извини, Мэгги, но я не стану пользоваться твоим бедственным положением. Девочка, я происхожу из той редкой породы тех русских колдунов, которые способны читать мысли, пусть и не очень чётко. Я только что узнал, что тебя по сути дела принудили работать в этом борделе, что у тебя есть парень и ребёнок от него и что тебе нужно в ближайшие дни заплатить в кассу академии очередной взнос за своё обучение. Детка, с деньгами у тебя никаких проблем не возникнет, если хочешь, то я вообще заплачу за всё твое обучение, но это ведь не решит ваших проблем. Твоих, Мэгги, Николя, который уже полностью лишился своего наследства, и вашей дочери Исабель. Зато если ты решишься, то я смогу, понимаешь, обязательно смогу добраться до этой гадины Малкольма и тот за всё ответит. Он предстанет перед судом и, возможно, будет даже четвертован за все свои преступления. Если ты, конечно, расскажешь мне обо всём. Поверь, у меня хватит сил, чтобы защитить тебя и твоего парня.

Видимо я не был достаточно убедителен, раз девушка громко разрыдалась в моих объятьях и воскликнула:

– Ты не понимаешь, о чём ты говоришь, Мэт! Малкольм всесилен! Король Фридрих является его лучшим другом и он держит для него за горло самых именитых дворян Европы.

– Фриц даже понятия не имеет, что на свете существует этот ублюдок, Маргарита, он врёт, это жалкое ничтожество. То, что он шантажирует несколько десятков сынков титулованных дворян, вовсе ни о чём не говорит. С твоей помощью или без неё, я уничтожу эту сволочь, но если ты не будешь дурой, то с твоего собственного имени тоже будет смыта вся грязь и ты закончишь Вышку, ведь ты же очень умная девушка, Мэгги, и отличная магесса.

На этот раз я кажется был более убедителен и девушка тихим, полным боли надежды голосом спросила меня:

– Ты правда сможешь сделать это, Мэт?

Я поднялся с девушки, лежащей на моём кожаном френче с задранным до самой талии подолом, Мотя, вот ведь мерзавец, хотя и ныл, – мне это ни к чему, уже успел стащить с неё панталоны и мне пришлось стыдливо отвернуться, чтобы дать ей привести себя в порядок. После этого мы отправились пешком через весь город в её квартиру, точнее в квартиру её дочери, родившейся через девять месяцев после очередной Гросселибешнахт. История графа Николя де-Шамбери из Франции и баронессы Маргариты Стирлинг из Англии, оказалась весьма незамысловатой. Николя, перешедший на четвёртый курс, по уши втрескался с молодую англичанку-первокрусницу и оробел. В общем зная о том, что Малкольм может легко свести их в Гросселибешнахт вместе и что у него есть какой-то супернадёжный бабоукладчик, он обратился к нему за помощью и, выложив очень большую сумму денег, пять тысяч кёнингов, получил заверения в том, что он получит всё, что заказывал. И получил, да, не один, а вместе с бедняжкой Мэгги. Перед тем, как путём хитроумных манёвров провести Николя в альков Мэгги, графу дали выпить антидот, нейтрализующий действие бабоукладчика – вполне невинного, лёгкого шипучего вина, отправившего девушку в его объятья.

Зато потом началось нечто весьма мерзкое и что самое главное, ни Мэгги, ни Николя не могли ничего вспомнить. О, нет, как раз то, как они добрых два часа занимались любовью в том павильоне и им было хорошо, они оба прекрасно помнили. Страшное началось потом, их сознание отключилось, они чуть ли не обезумели и тут в павильон вошли ещё трое парней и началось нечто такое, что не всякому человеку придёт в голову и всё это в виде магических фотоснимков Малкольм предложил купить уже за пятьдесят тысяч кёнингов. Ну, а потом родилась прелестная Исабель и Николя объявил ребёнка своей дочерью, но вскоре к нему пришли трое мерзавцев и объявили, что отцом девочки, как две капли воды похожей на Николя, является один из них и что если он выплатит каждому по сто тысяч кёнингов, то они немедленно об этому забудут. В общем через два года граф лишился всего и даже отписал Малкольму своё роскошное поместье в Шамбери. Да, но только Малькольм на этом не остановился. После всех мытарств, Николя всё-таки закончил академию, получил звание магистра магии, но стал чуть ли не рабом этого негодяя, а его возлюбленная вот уже год, как закончив бакалавриат, занималась проституцией в том борделе, возле которого я оказался в этот вечер. Она пришла занять у кого-либо денег, но не смогла. В борделе её часто навещал Малкольм, являвшийся близким другом хозяйки, и постоянно давил ей на психику.