Читаем Лестница в небо полностью

Вернув лицевой щиток на место, Земеля устроил баул с пленником поудобнее, и мы со всей доступной ему скоростью смылись с места преступления. В кои-то веки был рад, что, несмотря на все апгрейды меха, особо быстро лететь Олег не мог — его тормозили собственные возможности тела. А, может, он просто пожалел меня и не стал ускоряться, боясь потерять неумелого напарника. Как бы то ни было, но с намеченному времени домой мы вернулись. На базе по-прежнему было сонно, но срок воздействия подходил к концу, а на новые подвиги я был неспособен.

День прошел как обычно, отголоски поисков пропавшего засранца никого из нас не потревожили. Ночью, дождавшись, когда в доме все затихнут, приступил к допросу пленника и разочаровался. То ли почивший бывший император был параноиком, то ли еще что, но почти все интересующие меня темы были закрыты блокировкой. Каждый раз, стоило только пузану под действием препарата и моей техники начать отвечать, как срабатывал механизм защиты, и мужчина начинал валиться с остановившимся сердцем. Запускать мотор обратно с каждым разом становилось все сложнее, поэтому неудивительно, что примерно на двадцатой попытке я выбился из сил и вовремя вмешаться не успел. От тела, как и обещал, помог избавиться Земеля.

Уже потом, отдохнув и вернув способность соображать, понял, что с допросом поторопился напрасно. На самом деле все гениальное было просто — следовало всего лишь внушить пленнику, что разговаривает он не с похитителем, а с кем-то, кто имел право обсуждать такие вопросы! С тем же отцом Никандром! Хотя… не факт… блокировку могли поставить и после его смерти, так что возможно финт и не прошел бы. Но все-равно, какое-то время еще был недоволен собой, что даже не проверил такую вероятность.

В целом, операцию и ее результат оценил на слабую троечку: от крайне опасного типа избавился, придуманный способ проверил, но при этом почти ничего нового кроме самых мелочей не узнал. Смерть свою Мохов с моей точки зрения заслужил, но к пониманию ни на йоту не приблизил.

А на очередной встрече Полина Зиновьевна огорошила меня «радостной» вестью — в начале мая в Петербург собирался прибыть Павел Потемкин. Проблема неприятного, а посему постоянно откладываемого разговора с матерью встала в полный рост.

Для полного счастья, тем же вечером заглянув в офис «Кистеня», узнал, что Ефим Большаков и его приятель Евгений Новиков собрались увольняться. Эти эпические… не знаю кто!.. решили, что восстановлению источника жениха моей матери способствует риск и адреналин, посчитали уровень получаемого у нас недостаточным — ведь у Евгения источник до сих пор так и не проклюнулся! — и подали заявку на участие добровольцами в экспедиционном корпусе! Рядовыми! Ну, не болваны ли?!!

Интерлюдия.

Скорбеть по отцу Константин как ни старался, но не мог — давно уже смирился. А чем больше времени проходило с момента отказа Александра III от всего мирского, тем дальше расходились их взгляды. Порой императору казалось, что в стенах монастыря отец постепенно превращается в больное чудовище, и лишь молитвы иноков ограждают их всех от рек крови, что жаждал пролить его предшественник. Еще иногда проскакивала совсем крамольная идея, что тот теракт на Дворцовой площади, совершенный группой неодаренных и от того оппозиционно настроенных студентов, сослужил их Отечеству неплохую службу, отстранив радикального правителя от престола. Впрочем, надо отдать мужчине должное, мысль сия посещала его отнюдь не часто, а Потемкина-старшего и некоторых других одиозных личностей императору было ничуть не жаль. Но все же, выслушав от Тихона Сергеевича анализ деятельности созданного отцом филиала ПГБ, а на деле — куцего преемника Тайной канцелярии, государь остался недоволен:

— Подумать только! Двадцать лет работы, десятки сломанных судеб, а все для чего? Чтобы поймать потенциального вора за руку? У меня сейчас целый научный институт бьется над этой задачей, обещают вот-вот ее решить, и стоило ли городить все эти махинации?

— У меня нет такой веры заверениям уважаемого господина Грушина, государь. Над задачей они работают уже много лет, а результатов мы не видим и вряд ли увидим в ближайшее время. Была бы их группа хоть сколько-нибудь близка к открытию, не преминули бы похвастаться, а они, насколько мне известно, до сих пор только деньги клянчить мастаки, — мягко возразил хозяину кабинета Милославский.

— И что, ты считаешь эту трату ресурсов оправданной?