Никто не обратил на нее внимания, когда она бросилась к дому. Про себя она твердила: «Я рехнулась, рехнулась…». Потом ощущения заглушили внутренний голос. Кожаная куртка весила не меньше тонны. От кислорода пересохло во рту.

Повсюду было настоящее пекло. Она подняла глаза: по щитку стекала хлеставшая со всех сторон вода. Пламя охватило уже все этажи здания. Огненные столбы высотой в несколько метров вырывались из окон четвертого и пятого этажей, а водяные струи выглядели жалкими и бессильными.

Она проникла в здание. Ни зги не видно. Но она шла вперед. Справа от нее смутно виднелись почтовые ящики. Страха она не чувствовала. В этом снаряжении она казалась себе неуязвимой. Жанна добралась до лестницы. Клубы густого, как асфальт, дыма проникали повсюду. Между лестничными пролетами завывал и потрескивал огонь. Натыкаясь на пожарных, она добралась до ступеней. Даже наружная стена раскалилась. Вздулась под напором воздуха.

Второй этаж.

Она окинула взглядом лестничную площадку. Темно, хоть глаз выколи. С верхних этажей падал горящий мусор, на мгновение прорезая искрами мглу. Она поднялась выше, ориентируясь по страховочному тросу и тянущимся вверх трубам.

Третий этаж.

Огня нигде не видно. Только темнота. От сжатого воздуха у нее онемели легкие. Она спотыкалась. Продвигалась ощупью. И все-таки шла вперед.

Четвертый этаж.

А вот и огонь. Потрескавшиеся двери. Дерево, изъеденное, обожженное, истерзанное пламенем. Ни одного пожарного. Ни страховки, ни труб уже не найти. Жанна нащупала перила и продолжила подъем. Теперь ступеньки казались ей ненадежными. Вот-вот провалятся. Надо поторапливаться, пока все не рухнуло.

Пятый этаж.

Три пылающих дверных проема. Здесь работали пожарные. В каждой из квартир по бригаде, борющейся с очагами пламени. Жанна обнаружила, что перил больше нет. Лестничная площадка обрывалась над пропастью.

Тэн жил еще выше. Жанна двинулась дальше по лестнице, и тут кругом вспыхнуло яркое пламя. Огненные языки со свистом взметнулись вверх. Жанна повернулась и шлепнулась оземь. Через секунду из квартиры слева от нее, уступая напору огненной стихии, выскочили пожарные. Один из них, отбиваясь от горящего мусора, попятился к обрыву.

Жанна не раздумывая вскочила и схватила его за рукав в тот самый миг, когда он потерял опору под ногами. Силы иссякли, но ей было достаточно, не отпуская рукав, повалиться на спину, чтобы, притянув пожарного к себе, не дать ему упасть. Оба рухнули на лестницу.

Изогнувшись, Жанна вцепилась в его куртку. Ноги пожарного все еще висели над пропастью. Ее кроссовки вязли в обугленном ковре и тлеющем паркете. Тут их обоих осветили лучи фонарей, и Жанна заметила знаки различия у него на куртке. Капитан. Или майор. К ним протянулись руки в перчатках. Дым рассекли сверкающие, как расплавленная ртуть, щитки.

Выбравшись из кучи, Жанна повернула обратно и на четвереньках преодолела последние ступеньки. И тут она, подобно самолету, который, поднявшись над тучами, летит к солнцу, угодила в самое пекло.

Шестой этаж.

Повсюду полыхал огонь. Вырываясь из паркета, он лизал стены и пожирал потолок. На Жанне загорелся шлем. Она сорвала его. Отшвырнула баллон. Навалилась на центральную дверь и, заслонив лицо, бросилась в дверной проем. Квартира Тэна превратилась в пылающие джунгли.

Она пробиралась вперед, прикрывая рукавом лицо и пытаясь вспомнить расположение комнат. Пересекла вестибюль. Гостиную залила огненная лавина. Поддавшись страху, Жанна отступила и упала навзничь.

Поднимаясь на ноги, она увидела его. На галерее Франсуа Тэн пытался выбраться из огня. Он был не один. Тэн боролся с карликом, который не давал ему вырваться. Она хотела закричать, но раскаленный воздух обжег горло, вынудив ее сжать губы.

В ужасе она вновь отступила. Прищурилась, чтобы лучше видеть происходящее. Противником Тэна был голый коротышка. Возможно, ребенок. Черный, со скрюченными руками. По взлохмаченным волосам пробегали языки пламени. Огромный череп с вытянутым затылком, как у инопланетянина из фантастического фильма. И похоже, он не чувствовал ожогов. Удерживал свою жертву в огне, точно фридайвер, который топит пловца, утягивая его на глубину.

Жанна подумала: «Хоакин», и тут чудовище обернулось к ней. Она окаменела. Уродливый подросток уставился на нее горящими глазами, словно не замечая огня, пожиравшего их с Тэном. Почерневшее лицо, будто иссушенное жаром, обрело обезьяноподобные черты наших пращуров.

Жанна протянула руку. В этот миг галерея с грохотом рухнула, поглотив обоих противников. Больше она ничего не видела. Только чувствовала, как ее тащат назад.

24

— Вы проснулись?

В дверях палаты стоял врач. В белом халате, руки в карманах. На груди приколот бейджик с фамилией. Отсюда не разглядеть. Он подошел к ее кровати. Широко улыбнулся. Открытое, добродушное лицо, очки в тяжелой роговой оправе.

— Как вы себя чувствуете?