Получилась очень яркая картинка. Но, насколько нам известно, за пятнадцать столетий, которые прошли с тех пор, как Витрувий составил это описание, ни один заметный художник или зодчий не выполнил серьезного и точного рисунка, следуя его указаниям. А потом, примерно в 1490 году, Леонардо и его друзья с воодушевлением подступились к этой задаче и решили вписать фигуру человека с раскинутыми в стороны руками и ногами в план церкви, который одновременно обозначал и Вселенную.

40, 41, 42. Рисунки Франческо ди Джорджо, изображающие «Витрувианского человека».

Франческо выполнил по крайней мере три таких рисунка, которые должны были иллюстрировать его собственный трактат и перевод сочинения Витрувия. На одном из этих рисунков изображен нежный и мечтательный юноша, стоящий внутри круга и квадрата (илл. 40). Это скорее намек на общую идею, чем точный рисунок. Круг, квадрат и тело не передают никаких пропорций, они изображены приблизительно. На двух других рисунках Франческо (илл. 41 и 42) человеческая фигура более тщательно вписана в ряд кругов и квадратов, которые сообща складываются в план церковного здания. Ни один из его рисунков не является сколько-нибудь выдающимся произведением искусства, зато они свидетельствуют о том, что Франческо и Леонардо в пору своей поездки в Павию в 1490 году находились под сильным впечатлением от образа, придуманного Витрувием.

Ужин у Джакомо Андреа

Примерно в ту же пору рисунок по описанию Витрувия выполнил и другой близкий друг Леонардо. Джакомо Андреа входил в творческое содружество зодчих и инженеров, которых Лодовико Моро созвал к миланскому двору. Лука Пачоли, придворный математик и еще один близкий друг Леонардо, написал посвящение к изданию своей книги «О божественной пропорции», где назывались по именам видные люди, работавшие при герцогском дворе. После имени Леонардо Пачоли добавляет: «И был еще Джакомо Андреа да Феррара, который был дорог Леонардо как брат, прекрасный знаток трудов Витрувия»[282].

Мы уже встречались с Джакомо Андреа. Это к нему ходил ужинать Леонардо, взяв с собой Салаи — десятилетнего пройдоху, который поступил к нему в помощники за два дня до того. И у него в доме Салаи «поужинал за двух и набедокурил за четырех», разбив три графина и разлив вино[283]. Это случилось 24 июля 1490 года, всего через четыре недели после возвращения Леонардо и Франческо из Павии. Это был один из тех драгоценных исторических ужинов, при мысли о которых очень жалеешь, что нельзя залезть в машину времени. Беседа за столом (когда ей не мешали выходки Салаи), скорее всего, шла о том манускрипте Витрувия, который Леонардо и Франческо недавно видели в павийской библиотеке.

43. «Витрувианский человек», рисунок Джакомо Андреа.

Андреа тоже решил набросать идею Витрувия на бумаге, и можно легко представить, как они за ужином склонились над набросками, послеживая краем глаза за Салаи, чтобы тот не плеснул в их сторону вином. У Андреа получилось схематичное изображение человека, стоящего внутри круга и квадрата с разведенными в стороны руками (илл. 43). Примечательно, что центры круга и квадрата не совпадают: круг помещен выше квадрата, и таким образом пупок человека оказывается в центре круга, а гениталии — в центре квадрата, как и подсказывал Витрувий. Руки человека раскинуты, как у распятого Христа, а ноги плотно сомкнуты.