Читаем Леона полностью

Я глазам своим не поверила, они созерцали роскошь, достойную королевского дворца. В просторном помещении без окон, но ярко освещенном огромными электрическими люстрами, стоял стол и несколько кресел в венецианском стиле. В камине, за резной решёткой, теплился огонь. На стенах висели тканые гобелены и картины кисти знаменитых художников. Помимо Милены, которая, по всей видимости, тоже служила частью интерьера, в помещении находилось несколько хорошо вооруженных человек. Двое из них охраняли высокую, обитую бордовым бархатом дверь с механическим кодовым замком. Должно быть, именно за ней прятали украденные души. Я кивком позвала Рудольфа следовать за мной, и мы встали неподалёку, чтобы успеть проскользнуть в хранилище, едва дверь откроют.

Меж тем старика и его внука посадили за стол, затем подали графин с какой-то янтарной жидкостью и две рюмки, а девушку сменил черноволосый господин с гладко зачёсанным хвостом и крупной брошью на высоком кружевном вороте. Его длинные пальцы, унизанные массивными перстнями, пододвинули под нос старику сплошь исписанную мелким шрифтом бумагу.

- Прошу, господин Мефис, ваш контракт, ознакомьтесь, пожалуйста, и подпишите.

Наг взял листок и, не глядя, передал внуку, который на самом деле оказался его адвокатом. Тот долго читал документ, впиваясь глазами в каждую строку, затем одобрительно кивнул, и Мефис, выхватив из малахитовой подставки позолоченную ручку, подписал договор. Тип с хвостом дал знак одному из стражей, охранявших бордовую дверь, и тот, набрав код на замке, отпер её и вошёл внутрь. Мы с Рудольфом — следом.

Моему взгляду предстала слабоосвещённое помещение огромных размеров. Ровными шеренгами тянулись от стены до стены высокие полки, заставленные круглыми склянками. Что-то наподобие аптечных пузырьков, внутри которых искрились эссенции самого разного цвета. Невероятно красивое зрелище. Так вот, оказывается, как выглядят души в сжатом состоянии. Я взяла с полки один из сосудов. На плотно завёрнутой крышке значился день изъятия, а также пол и возраст «донора». Я быстро сообразила, что души группируются на полках по дате.

- Ищи седьмое апреля, - шепнула я Рудольфу. Это был тот самый день, когда он оказался в изоляторе, один на один с Лисом Роджером.

Меж тем охранник уже нашёл то, за чем приходил, и вернулся в приёмную. Дверь хлопнула. Хранилище погрузилось во мрак, подсвеченный мерцанием сотен живых душ.

Декабрь — нет, февраль — дальше, апрель — вот оно. Первое, третье...

- Рудольф, - позвала я, - гляди, седьмое апреля.

С этой же датой на полке стояло три пузырька. На одном из них значилось, что пол «донора» женский, и я сразу отодвинула его. Два других были мужские. Двадцати пяти и сорока лет.

- Тебе явно не двадцать пять, - сказала я возникшему рядом Рудольфу, - но и на сорок, прости, дружище, ты не выглядишь. Держи.

Рудольф понуро кивнул и прижал к себе драгоценную склянку.

- Мой тебе совет, - добавила я, - смени причёску. Что так держаться за эти три волоска. Они-то тебя и старят. Лысина выглядит куда брутальнее.

В этот миг дверь хранилища вновь открылась.

- Сиреневый, видите ли, не нравится, - ворчал себе под нос охранник. - Изумрудный ему подавай. Старый пень.

Длинный прямоугольник света от раскрытой двери протянулся к моим ногам. Тут-то я и увидела свою тень. Тень?! Но плащ-невидимка не должен отбрасывать тени!

- Это ещё кто такая? - закричал охранник в тот самый миг, когда я поняла, что плащ больше не защищает меня...

- Хромые демоны… Вот и попалась, которая кусалась, - прошептала я, отступая подальше от света и стараясь спрятаться за стеллажами. - Слушай меня внимательно, Рудольф, тебя они не видят. Выбирайся отсюда один и, как только окажешься в безопасном месте, открывай склянку и выпускай на свободу свою душу. Спеши. У тебя мало времени.

Смятение в его глазах сменилось отчаянной решимостью. Он бросился на выход и прошмыгнул мимо забегающих в хранилище охранников. А те кинулись прочёсывать ряд за рядом. Вот и началась охота… на меня. Пути отступления были отрезаны: в дверном проёме дежурил хвостатый тип. Можно было, конечно, прикинуться Рембо, или как его там звали, и открыть стрельбу. Кончатся патроны — есть волшебная палочка. Но даже при таком раскладе вряд ли бы мне дали выбраться оттуда живой. Их было слишком много. Шестеро — в хранилище, и ещё четверо, включая старика Мефиса и его адвоката, - в приёмной.