Читаем Ленин полностью

Кстати, и лаборатория по организации работ по сохранению тела Ленина во главе с профессором Б.И. Збарским была создана по личному представлению наркома внутренних дел Л.П. Берии в ноябре 1939 года[112]. В начале семидесятых годов в ней уже, например, работали 27 научных сотрудников и 33 человека научно‐вспомогательного персонала, в том числе три академика, один член‐корреспондент, три доктора и 12 кандидатов наук. В общем, каждое пятнышко на коже мумии, «слущивание носа», «потемнение кожи», «деформация дермы», как явствует из актов проверок, находились под бдительным присмотром специалистов по бальзамированию. Лаборатории власти уделяли неизмеримо большее внимание, чем нашей бедной медицине. По постановлению правительства в 1972 году ввели даже 25‐процентную надбавку к окладу…[113] Вождь заслуживал того.

Политбюро регулярно поручало НКВД проводить осмотры сохранности мощей и докладывать высшему руководству. Например, тот же Берия сообщал в Политбюро и Совнарком в феврале 1940 года о том, что при осмотре тела Ленина обнаружены «отклонения» на лице, «расхождение шва на голове, потемнение на носу» и т. д. Кровавый нарком, словно патологоанатом, сообщал о состоянии мумии[114].

По инициативе Берии Политбюро ЦК в марте 1940 года принимает решение: «Утвердить следующий проект постановления СНК СССР:

1. Изготовить по проекту ВЭИ новый саркофаг для тела Ленина к 20 октября 1940 г. Профессору Збарскому Б.И. к 15.IV.1940 г. представить СНК СССР эскизные проекты и макеты художественного оформления нового саркофага…» Дальше шли конкретные поручения наркому электростанций и электропромышленности М.Г. Первухину, наркому вооружения Ванникову в деле изготовления нового обиталища мумии[115].

Это не последний саркофаг. В семидесятые годы изготовят еще один, более совершенный. За его создание 96 человек получат ордена, десятки людей – высокие премии. Мавзолей часто ремонтировался. Например, в 1974 году на его ремонт отпустили дополнительно 5,5 млн рублей, 400 человек наградили орденами и медалями. Везли новые мраморные блоки из разных мест, особую аппаратуру, лучшие строительные материалы. Усыпальница вождя была как бы хранительницей, интегрирующей идеи…

В десятую годовщину смерти Ленина Политбюро отметило особые заслуги в сохранении тела профессоров В.П. Воробьева и Б.И. Збарского. Их наградили орденами Ленина и рекомендовали Совнаркому выделить в личное пользование по одной легковой машине[116]. Это было тогда в СССР исключительной редкостью. Для праха Ленина не жалели ничего, ведь он стал объединяющим началом всей коммунистической державы.

После таких постановлений тело (точнее, то, что от него осталось) перевозили в медицинский зал лаборатории, в течение определенного количества дней выдерживали в специальном растворе (состав – величайшая тайна!), затем облачали в новую рубашку, новый костюм, гримировали и т. д. И опять – «живее всех живых».

Политбюро регулярно обсуждало доклады комиссии о состоянии тела Ленина, изучало все эти вопросы как проблемы особого государственного значения. Например, в ноябре 1983 года председатель КГБ Чебриков вместе с министром здравоохранения пишут записку Генеральному секретарю ЦК КПСС: «В связи с необходимостью проведения работ по очередному бальзамированию тела В.И. Ленина просим разрешить закрытие Мавзолея на срок с 10 ноября 1983 г. по 10 января 1984 г.». В записке было указано, что будет «изучена научно‐практическая деятельность научно‐исследовательской лаборатории при Мавзолее В.И. Ленина». Комиссия в составе десяти (!) академиков, одного члена‐корреспондента, коменданта Кремля, ряда крупных государственных деятелей приступала к очередной двухмесячной работе…[117] Люди, занимавшиеся новым сотрясением остатков праха, уже и сами верили в историческую значимость сего дела. Мощи зловещего атеиста не знали покоя…

Незаметно сложился целый механизм обеспечения функционирования мумии, жизненно необходимой не столько для пропаганды, сколько для воздействия на обыденное сознание людей, общественную психологию масс. За долгие десятилетия миллионы людей привыкли к языческой аномалии и считали (очень многие и сейчас считают) ее особым атрибутом советской политической культуры. Этот феномен еще до конца не исследован.

Вместе с тем ясно, что он может существовать только в обществе с господством догматического сознания и мышления. По сути, мумия Ленина стала своеобразным материальным выражением «вечности» ленинских идей.

Однако никто не хочет задуматься, что символ марксистской вечности – прах. Это почти одно и то же, что и лозунги из 1924 года: «Могила Ильича – колыбель революции». С прахом, мощами Ленина за семь десятилетий проделано столько медико‐биологических и химических манипуляций, что от тела мало что осталось. Распад мумии компенсировался муляжированием отдельных частей тела, бесконечными осмотрами, «профилактическими» работами.