– Понятно – протянул старший сержант. По его худой физиономии было видно, что схожие мысли его тоже посетили.

– Голоден? – спросил младший лейтенант. Он-то как раз в отличие от тощего сержанта был упитанный, с круглой физиономией, глядя на него, Семёнов прекрасно видел, что покушать лейтенант любит. И даже неурядицы последнего времени эту охоту у танкиста не отбили.

– Не откажусь – дипломатично выразился красноармеец. Когда угощают – отказываться не следует, поголодать всегда успеешь.

– Ну, тогда возьми себе консерву из ящика и давай рассказывай, что да где видал. А нам недосуг сидеть, работы много. Ты тут один? – уточнил лейтенант.

– Никак нет, четверо нас.

– Поступаете в наше распоряжение? – вопросительно заявил младший лейтенант.

– Никак нет, сопровождаем летчика, обязаны доставить его к нашим, приказ такой – охранять и доставить. Потому – извиняйте – парировал Семёнов. Он, в общем, понимал, что нарушает Устав, но не велик чин что у одного, что у другого из разведбата. Младший лейтенант, или как таких называли уничижительно «мамлей» – считай то же, что и старшина. На чин старше. Не впечатляло. А случись, что если до угроз дело дойдет – у них три винтаря, а у танкистов – пулемет, явно снятый с этого танка – вон в цилиндрической башенке дырка зияет. Да наган. Не, не впечатляет никак. Лейтенант мрачно посмотрел на строптивого красноармейца, прикидывая, что следует делать, потом махнул рукой. Он тоже понимал, что в таком виде не производит серьезного впечатления, да говоря откровенно и предложить ему пока нечего.

– А с танком что? – поинтересовался вежливо Семёнов.

– Это не танк, это «Дочь Антилопы Гну» – ехидно покосился на усатого сержанта мамлей.

– Карбюратор барахлит, с грузовика бензин слили, а он не подходит, дерьмовый у немцев бензин – отозвался усатый, пропустив мимо ушей иронию товарища.

– Не факт, что карбюратор. Мы ж его разобрали. Вроде в порядке. Слушай, боец, у вас в артели есть, кто в движках разбирается? Ты ж говоришь летчик у вас? Давай его сюда! А мы вас за это консервами покормим, не едали вы такого, точно говорю – сказал напористо мамлей.

– Вы же вроде сами танкисты? – удивился Семёнов.

– Я – командир мотоциклетного фельдъегерского отделения связи разведбата, а товарищ старший сержант – башнер с бронеавтомобиля. А до того кавалеристом был. Так что с моторами у нас – швах – честно признался младший лейтенант.

– Тогда я своих веду, может, что и скумекаем – не слишком воодушевленно ответил Семёнов и нырнул в кустарник.

Менеджер Лёха.

После ночной забавы в голове колесом крутились какие-то радужные мысли, и потому по лесу Лёха шел чисто автоматически. Очень хотелось плюнуть на все и вернуться назад, но хмурый дояр внятно пояснил, что теперь в деревне пришлось бы работать, не все кувыркаться, не для того – как он сказал – приманивали. Теперь, сидя в лесочке и слушая далекое позвякивание инструмента, Лёха пытался разобраться в своих ощущениях, но как-то это не получалось.

Дояр вынырнул совершенно неожиданно – умел он тихо ходить, не отнимешь, прямо ниндзя какая-то.

– Наши. Танк и двое в экипаже. Танк у них поломатый, не едет.

– Во, я ж говорил, что чинят что-то. Мотор засбоил? – сказал злобный Петров с удовольствием.

– Сказали, что крабюратор – с трудом выговорил незнакомое слово Семёнов.

– Понятно – протянул Петров, но Лёха отчетливо понял, что ничерта тому не понятно, просто токарь фасон городской держит.

– Сейчас пойдем к ним, обещали консервов дать. Петров, думай, чем помочь можем. Ты в моторах что понимаешь? – посмотрел Семёнов на Лёху.

– Понимаю! – ответил неожиданно для себя Лёха. И в душе даже удивился немного тому, как уверенно это прозвучало. И чтоб не зарываться слишком уж глубоко пояснил:

– Только моторы у нас сильно отличаются. У нас же все на электронике. Так что в этом – возможно и не разберусь.

– Тогда, значит, смотришь, но язык держи за зубами. Ты – летчик, а что да как – помалкивай. Это ясно?

– Ну, ясно. Только летчик – это дело такое. Я ж должен разбираться, где мы сейчас находимся, карту там иметь, все такое. Они ж спросят, что да как. Штурман там или что – вспомнил Лёха авиасимулятор Ил-2.

Дояр задумался.

– А ты начфином станешь – хмыкнул ехидно Петров.

– Все начфины – со шпалами – непонятно сказал в ответ Семёнов.

– А этот ВРИО – еще более непонятно парировал Петров.

– Пожалуй. Я-то им сказал, что мы не можем присоединиться к ним, приказ у нас летчика к своим доставить. А толку-то с начфина никакого – пояснил Семёнов.

– Толку от них много. И вообще первым попавшимся – хоть и своим, а все рассказывать не след. Вот, к примеру, если мы шифровальщика ведем, или секретчика, или он вообще особист – что мы везде об этом кричать будем? Сам посуди, голова садовая. Так что начфин годится. Он все деньги в лесу закопал, вот мы его и сопровождаем – чтоб рассказал, где клад – горделиво обосновал свое предложение токарь.

– Ладно, сгодится. В конце концов, есть такое слово «военная тайна». В общем, держим языки за зубами – велел дояр. Потом подумал немного и покачал головой: