Читаем Легкое бремя полностью

«Мир успокоенной душе моей»,Немного призраков осталось в ней.И сердцу мир — без боли, без огня,Не мучит и не радует меня.Что жизнь моя? — Тяжелая водаГлубокого заросшего пруда,Где мшистый камень с высоты упав,Безгрезно спит в лесу подводных трав.

«На мшистых камнях колокольчики синие…»

На мшистых камнях колокольчики синиеСиней, чем в росистых полях.Так вот где забыть о тоске и унынии,О злых и ликующих днях.Здесь море заставлено шхерами тесным,Здесь кроткое солнце и леньПод легкими сводами, бледно-небеснымиИ в самый ласкательный день.Здесь море и ветер, играющий шлюпкою,Не знают, что значит прибой.Так вот где оно, это счастие хрупкоеМолчанья и мира с собой.<1913>

«На серых скалах мох да вереск…»

На серых скалах мох да вереск.Светлы безрадостные дали.Здесь сердце усмиренно веритБезгневной и простой печали.Кругом в воде серо-зеленойТакие ж сумрачные шхеры,И солнца диск неопаленныйСклоняется за камень серый.И в ясности, всегда осенней,Звучит безгорестною чайкойТвое ласкательное пенье,Офелия, Суоми, Айко…<1913>

«Сырые дни. В осенних листьях прелых…»

Сырые дни. В осенних листьях прелыхСкользит нога. И свищет ветр в тени.Плохие песни. Лучше б он не пел их.На край небес краснеющий взгляни.Лохмотьями кумачными рубахиВисит закат на лужах. Злые дни!Дрожат деревья в чутком, вещем страхе.Земля, как труп неубранный, лежит,Как труп блудницы, брошенной на плахе.Глаз выклеван. Какой ужасный вид!Зияет здесь запекшаяся рана.Здесь кровь струёй из синих губ бежит,Здесь дождь не смыл дешевые румяна.Желтеют груди в синих пятнах все.Припухшая мягка округлость стана.Вороны гимн поют ее красе.Такой ты будешь поздно или рано.Такими — рано ль, поздно — будем все.Чу! Крик ворон ты слышишь из тумана.

«Пройдут бессчетные века…»[46]

Пройдут бессчетные века,В глухую бездну время канет,А правосудная рукаКазнить народы не устанет.Не он ли, сеятель, вложилВ нас семена, и труд, и время;Но грех, как плевел, заглушилЕго спасительное семя.Когда взойдет его посев,К нам, закосневшим, непробудным,С небес дымящихся слетев,Вострубит ангел гласом трубным.Мир захлебнется в дымной мгле.Вот небеса уже не сини.Треть человеков на землеПогибнет от звезды Полыни.Иных знамений и чудесОстатный смертный будет зритель.Зверь исцелен, как бы воскрес.Но близок отомститель.

«Они идут в одеждах пыльно-серых…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Маркиз де Сад , Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное
10 гениев бизнеса
10 гениев бизнеса

Люди, о которых вы прочтете в этой книге, по-разному относились к своему богатству. Одни считали приумножение своих активов чрезвычайно важным, другие, наоборот, рассматривали свои, да и чужие деньги лишь как средство для достижения иных целей. Но общим для них является то, что их имена в той или иной степени становились знаковыми. Так, например, имена Альфреда Нобеля и Павла Третьякова – это символы культурных достижений человечества (Нобелевская премия и Третьяковская галерея). Конрад Хилтон и Генри Форд дали свои имена знаменитым торговым маркам – отельной и автомобильной. Биографии именно таких людей-символов, с их особым отношением к деньгам, власти, прибыли и вообще отношением к жизни мы и постарались включить в эту книгу.

А. Ходоренко

Карьера, кадры / Биографии и Мемуары / О бизнесе популярно / Документальное / Финансы и бизнес