Читаем Легко (сборник) полностью

– Все, – ответил он.

– Нестыковочка выходит, – сказал я.

– В чем? – поинтересовался он.

– Во внешности, – ответил я. – Я видел всех. Даже эту женщину. Не скрою, некоторое сходство между вами есть. Как между людьми одной национальности. Но не более того. Это были разные люди. Понимаете? Разные.

– Конечно, разные, – согласился Алексей. – Только дело в том, что вы не знаете, насколько наше тело зависит от психики. Я уже говорил, что, превращаясь в них, я избавлялся от боли в позвоночнике. Только потому, что я создавал их со здоровыми позвоночниками. Кроме того, не забывайте, прошло уже десять лет. Они изменялись, каждый в свою сторону. Если две дороги начинаются из одной точки, через сто метров путники еще видны друг другу, а через километр они могут уже и не докричаться.

Он опять замолчал. Молчал и я. Теплый августовский день, наконец, начинал угасать.

– О чем вы думаете? – спросил он.

– Для того чтобы поверить во что-то необычное, необходимо, чтобы вымысел быть чудовищным. Если веры нет, значит, рассказчику не хватило фантазии.

Он поднялся и сунул ноги в блестящие ботинки.

– Вы верите только собственному вымыслу? – спросил он.

– Ему я верю еще меньше.

– Что ж, – он медленно пошел к выходу, – может быть именно поэтому вам и не везет. Для того чтобы желания исполнялись, нужно верить. Хотя бы частью горчичного зернышка. Надеюсь, что когда-нибудь сожаление о сегодняшней встрече в вас все-таки проснется. По крайней мере, не дай вам бог жить с ощущением дыхания преследователей у себя на плечах.

– Возможно, я чувствую что-то похожее, – сказал я ему.

– Я в худшем положении, – сказал он, обернувшись у входной двери. – Меня преследуют изнутри.

– Меня тоже, – ответил я.

Он ушел. Не то, чтобы я ему совсем не поверил. Просто мне не хотелось, чтобы это было в моей жизни. Неважно, вымысел это или реальность. Я выглянул в окно. Он медленно уходил, пересекая наискосок двор. Так же медленно и утомленно, как он изредка выносил мусор. Остатки трапезы одного человека из квартиры, где их было не меньше шести. Я оглянулся. На диване лежала картонка со словом «минус».

25

Прошел еще месяц. Сентябрь оказался теплым. Я забросил опостылевшую мне старую незаконченную историю и написал следующее: «В дверь позвонили. Он открыл и вздрогнул. В дверях стояла она». Так и случилось. Где-то недели три или четыре назад. Через пару дней после того, как Алексей ушел от меня, оставив эту картонку. В дверях стояла Дина. Не Ритка, а Дина. Она ничего не говорила. Она стояла и смотрела на меня. Я почему-то вспомнил книжку об учении Дао. По-моему, там говорилось, что женщинам нельзя отказывать. Но там говорилось обо всех женщинах, а не об одной. Ну, что ж. При ближайшем рассмотрении все женщины распадаются на некоторое количество конкретных женщин. В моем случае это Дина. Ей осталось еще пять или шесть лет молодости. Возможно, я успею насладиться, а потом привыкну. Она пришла и осталась. Точнее, я перебрался к ней. Перетащил одежду и архив неудачника. Загрузил файлы в Петькин компьютер и продолжил сплетать истории, обозванные этим сумасшедшим исповедями. Что это значит? Ничего. Разве только то, что, окликая меня, Дина будет видеть те же безжизненные глаза, из-за которых меня бросила Ритка. Но ведь должен я как-то отомстить Дине за то, что она меня подобрала?

Нас теперь двое. Петьку мы отправили в штаты, где он будет учиться, а значит, избежит участи быть счастливым россиянином и, быть может, погибнуть за это счастье на чеченской или еще какой войне. Ритка собирается к нам с ответным визитом. Хочет показать дочкам Россию. Это будет где-то в октябре. Сначала они посетят Иерусалим, после Афины или Стамбул, а затем Москву. Я боюсь встречи. Дина говорит, что Кирилл зарабатывал на эту поездку полгода. Кирилл не приедет. Он теперь занимается Петькой.

В связи с переездом деятельная соседка Евдокия Ивановна исчезла из моей жизни. На прощание она перекинулась несколькими словами с Диной, после чего сказала, что теперь за меня спокойна и попросила подарить ей что-нибудь на память. Я подарил кофейные турки. Зачем оставлять шлюпки, если сжигаешь корабли?

Верка больше не приезжает по субботам, зато каждый день звонит по телефону Дине, и они говорят о чем-то по полтора часа. Пашка наконец-то расписался с Наташкой, но свадебного торжества не было по причине округления невесты. С ее родителями все наладилось. Куда бы они делись? Он подарил им новенькую «десятку», которую они прозвали «калым», и теперь собирается подарить внуков. Тетя Нина счастлива. Пашка приезжал в прошлые выходные знакомить меня и Дину со своей женой. Она копия Ритки, только черненькая и беременная. Наташка смотрела на меня восторженными глазами как на существо из запредельного мира, а Пашка курил, вздыхал и молчал.

Я писатель. Дина пристроила мои повести в толстый журнал, организовала какую-то номинацию и теперь ругается с редакторами по телефону насчет книжки. Ничего. Доберется и до издательств. В этом я не сомневаюсь. Еще она хочет ребенка. Я не знаю.