Читаем Легионеры полностью

Зачем-то он все таки был им нужен. Неделю мариновали… Время в камере, ой как непросто течет. Мыслям в голове становилось то узко, то широко, то уж совсем тесно. Рысак понимал, что отдает инициативу в чужие руки, но должен был смириться. Так как в угол его загнали основательно. Но, правда оставили маленькую лазейку, через которую была видна надежда. Призрачная, хрупкая, но надежда — жить. Все козыри, эти профессиональные шулера сдали себе. Они и диктовали правила дальнейшего поведения.

Выход Рысаку, имеющему завышенные понятия о чести, мужичек-с-ноготок предложил достойный и красивый. А все почему? Понаблюдали за ним через дырку особую, посмотрели, как он мечется в своей одиночной камере. Взгляд его затравленный изучили. И крупный чин из конторы, дал согласие на его вербовку и дальнейшую с ним оперативную работу.

С другим ведь как? Хлопоты и одно озлобление. Завербуешь его от всей души. Деньги с нервами потратишь. А он, сучий хвост, совестью замученный, раскаянием придавленный. К утру вены себе вскроет или, что уж совсем не эстетично — повеситься. Пока будет висеть, дерьмом своим, всех кто с ним работал, измажет… Деньги и нервы народные, получалось израсходованы зря? А уже победные рапорта отправлены, дырки для новых орденов и звезд заготовлены.

Нет. С этим объектом вербовки, такой осечки, они допустить никак не могли. Слишком серьезные цели были поставлены и наверх доложены.

Задействовано в данной операции по подготовке, вербовке и внедрению такого агента, было всего-ничего — четыре человека. Слишком уж много в последнее время продажных тварей в рядах спецслужб развелось. Вот и приходилось прятаться от своих, в большинстве своем, если так о них можно торжественно выразиться, преданных делу сотрудников.

— Обвинение в убийстве с тебя снимут. Пойдешь только за кражу, с почетными, отягчающими вину обстоятельствами. Такие как, — он не надолго задумался. — Проникновение в жилище и, крупный размер. Посидишь годик, другой. Доберешь авторитета. А там и в положенцы. И через некоторое время, глядишь и коронуют. Станешь «законником!. Мы тебе в этом поможем.

Он как бы прислушиваясь к собственным словам продолжал:

«Грев» будет самый лучший. При необходимости спиртику плеснем, то-то радости будет в «хате», а тебе уважение. «Колес», как водится, подсыплем. После амнистия. Новые документы и… «Это Клим Ворошилов и братишка Буденный, даровали свободу, их так любит народ!» Столько времени прошло, а песня эта «По тундре», до сих пор популярна. В свое время доводилось общаться с ее автором…

Перспективы, с применением блатного, песенного фольклора, были нарисованы самые радужные. Но, надо было подписать пару бумаг. Рысаку текст не понравился. Было там и про добровольное сотрудничество, и про неразглашение. А уж о том, что он чуть ли не с радостью готов проявлять активность в этом деле, так чуть ли не на каждой странице. Обидно. До слез просто пробирает…

— Пойти на подлянку? — недипломатично заартачился он. — Мне, с младых ногтей вору, ты, начальник, предлагаешь предать своих братьев и, особливо, сестер? А как же воровская честь и гордость за профессию…

— Боже упаси. Как ты мог такое про нас подумать? Это, не для нас бумажки. Это, для тебя в первую очередь. Забудешь, если, что… Или попытаешь, допустим, меня с кем-нибудь спутать и не узнать. А я тебе покажу бумагу освежающую память, и опять ладушки и складушки, — и добавил, меняя тональность, жестким, металлическим голосом, не терпящим никаких возражений. — Тебе русским языком объяснили, что ты и так покойник. И в распыл тебя, дурака, пускать, нам нет никакого смысла. Слишком много мы с тобой провозились, чтобы за здорово живешь одеть тебя в дерево. Поверь мне, если с тобой что-то не получится, найдем другого, более покладистого кандидата.

В казенном помещении возникла неприятная, тягостная пауза. Но его собеседник, чуть-чуть добавив теплоты и изобразив на лице доброжелательное выражение, продолжал:

— Ты никогда не задумывался, почему мы знаем о всех ваших воровских сходняках? О том сколько денег, в воровском общаке? Где он, этот самый большой секрет находится? О громких преступления, которые, практически сразу нами раскрываются? Нет — не догадывался? — он сделал паузу, для того чтобы Рысак сосредоточился и смог понять сказанное. — Объясняю. Все это у нас получается только потому, что среди законников много наших людей. А ты, дурило-дурное, пытаешься мне, который сорок лет с такими как ты работает, рассказать о воровской чести? Да, за пачку чая, тебя продаст твой лучший кореш, с которым ты, на одной шконке годами чалился. А за пару кубов дури и всех остальных в придачу. Поэтому рассуждения свои оставь для бакланья. Им такое перед сном вместо «Спокойной ночи, малыши» можешь рассказать. Они любят эти басни и сказки, про воровскую честь…

* * *

Крутили они Рысака долго. Им легче было. Их двое, старых козлов, до кучи собралось. Так как, на помощь еще один знаток человеческих душ подтянулся.