Вот так, «обезьянка Чичи — продавала кирпичи» и плакала бедная, так горько плакала, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Ни себя, ни других, из этого кобельего племени не жалея. Не в последнюю очередь и из-за этих особенностей семейной жизни, мне захотелось занять место легендарного Ассенизатора… Возможно даже в первую…

* * *

Нашла я на сайте Ассенизатора, заказ на физическое устранение еще одного «красавца». Покопавшись все в тех же файлах удивилась, оказывается очередной легионер. Сослуживец скромняги Пирогова Николая Ивановича.

Запросила с извинениями адрес заказчика, подтверждает ли он свой заказ? Он ответил двумя буквами — «да». Я уточнила сумму сделки. Мне и ее подтвердили. Она меня, более чем устраивала. Хотя будучи подручной у Ассенизатора, следует отдать ему должное, он меня тоже, особо не обижал.

Но здесь я уже сама хозяйка положения, хотя и действую от чужого имени. На всякий случай еще раз заглянула на тот же сайт, а там уже новое послание с расписанием пребывания «моего клиента» на родной земле и даже с новыми фотографиями. Только работай, не ленись…

Перед поездкой домой в Россию, а туда я уже отправилась в качестве графини и с паспортом гражданки Франции. Мне все же удалось вылечиться от некоторых сюрпризов моего обожаемого муженька. Успокаивать себя фразами, типа «титул того стоит» у меня не получается, хотя я и пыталась. И не смотря на то, что скандал устроила грандиозный и задница у меня была продырявлена не менее восьмидесяти раз, мужененавистницей я не стала. Однако на последнем рубеже зарабатывания денег, связанных с точностью выстрела (если придется стрельнуть), я уверенна рука не дрогнет и в последний момент меня не подведет.

* * *

Когда он чуть пьяный и счастливый вышел на террасу для того, чтобы полюбоваться в сумерках осенью и ее красотами. С этого момента я стала наблюдать за ним очень внимательно.

Вот, к нему подошел кто-то из ресторанной обслуги. Они любезно перекинулись парочкой слов и подошедший отошел.

Настроение у объекта отчего-то сразу испортилось. Можно было воспользоваться наступившим моментом растерянности, чтобы поднять его дух выше облаков, прыснуть яда из баллончика. Впрочем с его грехами, на небе ему долго не продержаться. Однако вариант с газом я сразу отмела, т. к. в этом случае слишком была бы неясна причина смерти. Сердце сдало, а что, почему? Поэтому, пришлось работать поднимальщицей настроения, из обычной винтовки с оптикой. Выстрел в грудь и голова в ауте, а с ним и плохое настроение…

Дело Ассенизатора живет и процветает. Его знак качества и чистота выполнения работы было по прежнему на самом высоком уровне. А чем меньше будет уголовников вокруг обычных людей толпиться, тем лучше для всех.

К сожалению, из-за туманных причин, в голову-то я не попала, а втюхала ему куда-то в левую половину туловища. Он волчком закрутился под раздающуюся музыку. Но обязательно следовало мне всадить в него и контрольную, верную пулю. Так и на курсах обучали, и по телевизору я постоянно смотрела… От этого обязательного выстрела и задержалась на месте. Все в визире оптического прицела искала клиента. А он исчез в тумане, как ежик из мультфильма, на который меня давным-давно водили смотреть в моем Черепушкине.

Задержка на месте акции, это, как сказал бы Ассенизатор, очень непрофессионально и беспечно. Такие ошибки просто так, без последствий вряд ли смогут остаться. Следовало завалить подранка пока он еще не упал, а не злить его и его волчью стаю.

* * *

В настоящий момент, каждый умный может сказать, не надо ему было возвращаться в Россию. А следовало, где-нибудь в трущобах Багамских островов, под надоевшими пальмами всю оставшуюся жизнь болеть ностальгией. Это гораздо лучше чем, в роскошных условиях родины, не болеть вовсе ни чем и при этом быть очень мертвым.

Сейчас, чего уже об этом говорить. Дело сделано.

Готовьте печальные речи, заунывные оркестры и черные костюмы в приложение к постным, трагическим лицам, скорбящим по безвременно ушедшему от нас Коли Рысаку.

Глава 24 ПЕСТРАЯ СМЕСЬ. ЗАВТРАК ЛЕГИОНЕРОВ

Сквозное ранение Сереги Платонова оказалось хотя и серьезным, но совсем не таким уж страшным, как это виделось Алексею в пустыне. Впрочем, позагорай они еще пару деньков на том пляже и опасения оправдались бы на все сто процентов.

Сейчас Сергей имел перед Алексеем неоспоримое преимущество. Его тело, покрывали боевые шрамы. О том, что из-за них он чуть не отдал богу душу, думать не хотелось. Остается только пожалеть, что пуля досталась не Гусарову. Т. е. бесплатная, нечаянная радость, досталось другому, хотя и другу, но другому… Таковы повороты легионерской судьбы.

— Я с тобой на пляж не пойду.

Веско заявил Алексей, как только смог прорваться к нему после всех операций, исследований и прекращения действия вредной анестезии.