Читаем ЛЕФ 1923 № 3 полностью

Бабахнет весенняя пушка с улиц,Завертится солнечное ядроИ таешь весенней, синей сосулейОт лирики, плечи вогнавшей в дрожь.И вот реквизируешь этот, первый,Хотя б у Уэлльса взятый планер,Лишь бы не так рокотали нервы,Лишь над весной подняться б на нем.Люди века бы еще храпелиЖизни обрубленной нежа хрящ,Но разрезающий время пропеллерВот он стоит дрожащь и горячь.Винт заведен. Будью обвеян,Клапаны сердца строже проверь,В память вцепись руками обеими,Хлопнет в былое глухая дверь.Город вдруг посерел и растаял –Помнил кого, думал о комВ землю с плечами снова вростая,Свертывается как молоко.Колоко, колоко, колко, колко.(Это пульки звенят о гортань).Тише, тише, тише и смолкло,Мутью кружились рябя, борта.Огромный глаз косоугольныйПроплыл, напрягся и застылНе бывший бог ли нынче вольныйО синий оперся костыль.За ним: гарнирами зарницы,Любовь, гимназия, ладонь,Любимая… И вот границаИ гладко времени плато.Снаряд начинает швырять,Нашатырного спирту и брому.Мы стали в столетьях шнырять,Струясь по ухабному грому.Из яростной давки домов,Из зверьего древнего вою,Над былей зенитом замыв,Выносимся звонкой кривою.Последним сознаньем светляВ шуршащем обвалами мраке,Мертвит и сливает петляПройденного опыта накипьЛиния прогиба! Цель в лоб!Нет, это не гибель: винт – хлоп!Жилится висками гнев – зной,Волю мы сыскали – дней дно!Опускаясь в скафандрах светаВ пуповинах путаясь труб,Открываем и чуем это:Цветногранный свободный труд.Кто из нас, предчувствием старший,Поглядит занемевши вниз?Нам навстречу – ударов марши!Нам навстречу слепленье линз!Мы говорим с рядами рифмСтоящих за станкамиИ нам ответом – радуг взрывШлифует звездный каменьВопрос:  Зачем? Кому носить?!Каким таить хоромам?Ответ:  – Рычаг. В небес массив– На грудь ветрам и громам!– Затем, что радость есть рукам– Метаться в деле вихрем– И эту радость по строкам– Своим ты тоньше выгрань,– И эту радость по сердцам– Продень и дай им рдеться– Не замирать, не созерцать– Трудеть – игрою детства.Еще, еще грома и лязгИ цвет светимых музык,Но разве выдержал бы глазТакую уйму груза.Бровь рассекши о земную сферуВоротимся к Р.С.Ф.С.Р.Здравствуй, временем плывущая страна.Будущему бросившая огненный канат!Бабахнет весенняя пушка с улицЗавертится солнечное ядро.И таешь весеннею, синей сосулейОт лирики, плечи вогнавшей в дрожь.

Н. Асеев. Бомба

т. Блюмкину.

Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука