Читаем Ледовый барьер полностью

На его вопрос никто не ответил.

— Состояние систем связи? — Спросила Бриттон Ховелла.

— Все дальнодействующие и спутниковые системы вышли из строя.

— Подавайте SOS. Свяжитесь с Южной Джорджией по шестнадцатому аварийному каналу.

Ллойд почувствовал внезапный холодок.

— Постойте, что там насчёт SOS?

И снова никто ему не ответил.

— Господин Ховелл, каковы повреждения двигателей? — Спросила Бриттон.

— Обе турбины невозможно починить, мэм, — ответил Ховелл, спустя мгновение.

— Приготовьтесь к возможной эвакуации с корабля.

Ллойд едва мог поверить своим ушам.

— Но, чёрт побери, о чём идёт речь? Корабль что, тонет?

Бриттон уставилась на него парой холодных зелёных глаз.

— Там, внизу — мой метеорит. Я не покину корабль, — не сдавался он.

— Никто не покидает корабль, господин Ллойд. Мы оставим судно лишь в самом крайнем случае. Отпускать спасательные лодки в такой шторм — вероятно, в любом случае самоубийство.

— Тогда, ради Бога, не надо преувеличивать. Мы можем справиться со штормом и добраться до Фольклендов на буксире. Всё не так уж плохо.

— У нас нет ни тяги, ни управления. Как только нас вынесет обратно в шторм, мы окажемся на ветру в восемьдесят узлов, среди волн в сотню футов высотой и в шестиузловом течении, и все они будут сообща сталкивать нас в одном направлении, к проливу Брансфильда. Это Антарктика, господин Ллойд. И всё — очень плохо.

Ллойд стоял в потрясении. Он уже чувствовал, как перекатывается корабль. Порыв холодного воздуха проник на мостик.

— Слушайте меня, — сказал он негромко. — Мне плевать, что вы должны делать, или как вы всё это сделаете, но — только посмейте потерять мой метеорит! Вы меня поняли?

Бриттон одарила его холодным, жёстким взором.

— Господин Ллойд, сейчас мне плевать на ваш метеорит. Единственная моя забота — корабль и команда. Вы меня поняли?

Ллойд повернулся к Глинну в поисках поддержки. Но Глинн оставался совершенно молчаливым и спокойным, с обычной маской бесстрастности на лице.

— Где мы можем отыскать буксир?

— Большая часть электроники вышла из строя, но мы пытаемся связаться с Южной Джорджией. Всё зависит от шторма.

Ллойд в нетерпении сделал шаг назад и повернулся к Глинну.

— А что там, в трюме?

— Гарза укрепляет сеть новой сваркой.

— И сколько времени займёт это?

Глинн не ответил. Ему и не требовалось отвечать: Ллойд тоже это чувствовал. Движение корабля становилось всё тяжелее — страшная, медленная качка, которой требовалось вечность, чтобы завершить период. И на вершине каждой волны «Рольвааг» кричал от боли; его глубокие стоны были наполовину звуком, наполовину вибрацией. То была мёртвая хватка метеорита.

«Рольвааг», 17:45

Из радиокомнаты показался Ховелл и заговорил с Бриттон.

— Мы связались с Южной Джорджией, мэм, — сообщил он.

— Замечательно. Голосовую связь, пожалуйста.

Интерком мостика вернулся к жизни.

— Южная Джорджия — танкеру «Рольвааг», приём.

Голос был металлическим, слабым, и в нём Бриттон распознала акцент уроженца окрестностей Лондона, едва различимый в шуме помех.

Бриттон взяла передатчик и открыла канал.

— Южная Джорджия, у нас чрезвычайная ситуация. Корабль серьёзно повреждён и нет тяги, повторяю, нет тяги. Мы дрейфуем на юго-юго-восток со скоростью в девять узлов.

— Принято, «Рольвааг». Обозначьте своё местонахождение.

— Мы находимся на 61°15 12" южной широты и 60°5 33" западной долготы.

— Сообщите о характере своего груза. Балласт или нефть?

Глинн кинул на неё быстрый взгляд. Бриттон отключила передачу.

— С этого момента, — сказал Глинн. — Мы говорим правду. Нашу правду.

Бриттон снова включила передатчик.

— Южная Джорджия, корабль переделан в перевозчика руды. Мы полностью загружены, э-э-э, метеоритом, добытым на островах мыса Горн.

Наступила тишина, после чего голос сказал:

— Не уверен, что расслышал верно, «Рольвааг». Вы сказали, метеорит?

— Подтверждаю. Наш груз — метеорит весом в двадцать пять тысяч тонн.

— Метеорит весом в двадцать пять тысяч тонн, — безразличным тоном повторил голос. — «Рольвааг» сообщите, пожалуйста, пункт назначения.

Бриттон знала, что это — более мягкая формулировка вопроса "Что же, чёрт побери, вы здесь делаете?"

— Мы направляемся в Порт-Элизабет, Нью-Джерси.

Очередная пауза. Бриттон ждала ответа, внутренне кривясь от неловкости. Любой грамотный моряк сразу поймёт, что в этой истории что-то очень и очень неправильно. Вот они здесь, в двухстах милях от пролива Брансфильда, посереди жестокого шторма. И, однако, — это их первый сигнал о помощи.

— Э-э-э, «Рольвааг», позвольте вас спросить. Вы получили последний прогноз погоды?

— Да, получили, — ответила Бриттон, зная, что сейчас его зачитают ещё раз.

— К полуночи ветер усилится до ста узлов, волны будут достигать сорока метров в высоту, и весь пролив Дрейка получил 15-балльное штормовое предупреждение.

— В данный момент шторм почти 13-балльный, — ответила она.

— Принято. Пожалуйста, опишите характер повреждений.

«Сделай это правильно», — шёпотом взмолился Глинн, настолько тихо, что лишь сам мог расслышать эти слова.