Читаем Ледокол полностью

Но Жуков вместо мемуаров подсунул нам пустышку. Книга вроде есть. И даже с иллюстрациями. Только ничего интересного и важного в той книге нет. Почему? А потому, что если в мемуары Жукова поместить даже очень краткое описание Второго стратегического эшелона, то одно это описание опровергло бы все остальные жуковские измышления и построения.

Из мемуаров Жукова мы узнаём, что Красная Армия не имела сил даже на прикрытие границы, что Сталин вопросами войны интересовался мало, что перед нападением Германии на Советский Союз Жуков хотел привести армию в готовность, да Сталин не позволил. Но если вклеить в мемуары страничку с рассказом о Втором стратегическом эшелоне, то откроется другая картина.

Не было сил даже для прикрытия границы? Так вот тебе семь армий, которые тайно выдвигаются в западные районы страны! Три армии ставь на оборону Западной Двины, еще три – на оборону Днепра. Одну армию, хотя бы 20-ю, ставь на оборону Смоленских ворот – междуречья Западной Двины и Днепра.

В 20-й армии было более 113 тысяч бойцов и командиров, 959 танков, не считая пушечных бронеавтомобилей, 1077 орудий полевой артиллерии, не считая зенитных пушек и минометов, 4251 пулемет, более 100 тысяч винтовок и карабинов (Командный и начальствующий состав Красной Армии в 1940–1941 гг. С. 246). Неужели сто тысяч бойцов с тысячей орудий и тысячей танков, с четырьмя тысячами пулеметов не удержали бы семь десятков километров фронта между Западной Двиной и Днепром?

Если сомневаешься, что такая масса войск сможет удержать Смоленские ворота, ставь туда в оборону 16-ю армию! Тот же справочник сообщает, что в 16-й армии было 1059 танков. Тут вкралась неточность. 1059 танков было только в 5-м мехкорпусе. Но помимо 5-го мехкорпуса в составе 16-й армии была еще и полностью укомплектованная 57-я танковая дивизия полковника В. А. Мишулина. Кроме того, тут не учтены танки в составе разведывательных батальонов стрелковых дивизий. Всего в 16-й армии было 1447 танков – без малого полторы тысячи.

Танки были неисправными? Да кто же вам позволит грузить неисправные танки в эшелоны, которые идут на войну? Уж ребята с горячими сердцами и холодными головами такого безобразия не допустили бы.

У водителей не было опыта вождения? Это вранье. Но даже если и так, то ставь танки в оборону – закапывай их в землю по самые башни.

Неужели и такая масса войск не удержала бы Смоленские ворота? Удержала бы. И не было бы тогда грандиозных окружений в районах Киева и Вязьмы. И не было бы блокады Ленинграда и обороны Москвы.

Южнее Смоленских ворот, по восточному берегу Днепра или севернее, по восточному берегу Западной Двины ставь в оборону 19-ю армию. В ней более 110 тысяч бойцов и командиров, более 120 тысяч винтовок и карабинов[39] (это к вопросу об одной винтовке на троих), 6302 пулемета, 1408 орудий полевой артиллерии, не считая минометов и зенитных орудий, танки, бронеавтомобили и еще много всего (там же).

В 1943 году удары немецких тяжелых танков Красная Армия остановила в чистых полях. Почему? Потому, что войска стояли в обороне.

В 1941 году перед противником было не чистое поле, а Западная Двина и Днепр. И не было у немцев в 1941 году ни одного тяжелого танка. Но никто те водные рубежи не оборонял. Никто прибывающим войскам задачу на оборону не ставил.

А виноват, конечно, Сталин. Не позволил он великому Жукову войска в готовность привести. А как же их привести в готовность, если Жуков не удосужился планы обороны разработать? У Жукова и мыслей таких перед войной не было – великие реки в качестве каркаса обороны использовать.

Поверим Жукову и допустим, что глупый Сталин перед войной вопросами обороны не интересовался. Но вот грянула война, и несчастный Сталин якобы не способен руководить страной и армией. Вот бы Жукову и воспользоваться ситуацией, вот и показать бы трусоватому вождю на карте рубежи, на которых выгодно развернуть прибывающие войска. Вот бы мудрому стратегу и написать утром 22 июня 1941 года директиву на переход к стратегической обороне, поставив армии Второго стратегического эшелона туда, где вражеские танки им будут не страшны. Если бы Сталин такую директиву не подписал, Жукову следовало требовать отставки с поста начальника Генерального штаба.

Но великий Жуков Второй стратегический эшелон для обороны использовать не замышлял и не планировал. Потому о Втором стратегическом эшелоне он и не стал ничего писать в своих воспоминаниях. И размышлять о возможностях разумного использования колоссальных масс войск, находившихся в его распоряжении в июне 1941 года, тоже не стал.

3

Когда вопрос о цели создания Второго стратегического эшелона все-таки всплыл, наши академики тут же нашли объяснение: Чёрчилль нас предупредил, Зорге нас предупредил, еще кто-то нас предупредил. Одним словом, выдвижение Второго стратегического эшелона – это реакция Сталина на действия Гитлера.