А потом они увидели его — темное чудовище, заслонившее небо.
Стена.
Высокая-высокая стена. В ней не было ни конца, ни начала, казалось, она собрала в себя каждую каплю воды. Волна выросла в огромный гладкий завиток, похожий на раковину. Неумолимая, ошеломляющая, она приближалась.
— Держитесь! — громко закричал кто-то, предупреждая об опасности.
На корабли с гигантской высоты обрушились тонны воды. Под напором скрипели и трещали шпангоуты. Ветер поднял Рохейн в воздух, у нее заложило уши, и девушка почувствовала, как палуба ушла из-под ног, а сама она взлетела куда-то вверх, догадавшись задержать дыхание.
Потом Рохейн упала, и кровь прилила к ногам.
Каким-то образом маленькое судно поднялось по одному склону волны и спустилось по другому, набрав такую скорость, что буквально провалилось на самое ее дно. Следом за главной волной последовали менее высокие, не более девяноста футов. Снова и снова судно взлетало вверх, а потом падало вниз, в бездну. Полузатопленный корабль содрогался, словно подумывал о капитуляции, но в какой-то момент вода отступала, и бушприт опять гордо смотрел вперед. А через мгновение тонны воды снова заливали его.
На фоне грохота ветра и волн невозможно было расслышать человеческие крики, а видимость отсутствовала полностью. При ветре силой в сто тридцать пять узлов нельзя открывать глаза, иначе их вырвет из орбит. Впрочем, закрыты они были или открыты, не имело значения.
Когда прошли повторные волны, Рохейн увидела, что их караван рассеялся по большой площади. На борту судна, на котором находилась герцогиня Роксбург с детьми, девушка не заметила никаких признаков жизни. Узнать, кто спасся, возможности не было. На горизонте устремлялась вверх колонна газа, дыма и пара высотой в тридцать миль. А на подходе была вторая волна.
Она пришла вслед за первой слишком быстро. На сей раз это была не стена, а целая гора. Женщины, уцепившись за остатки снастей, кричали. И вновь судно поднялось на высоту более ста футов, чтобы рухнуть в пропасть, скатившись по спине волны. Однако этого не произошло. Корабль поднялся, задержался на верхушке на несколько мгновений, а потом пронзил середину следующей волны. Судно вынырнуло на другой стороне, команда и пассажиры пытались восстановить дыхание, но на это не было времени, потому что судно тут же попало в следующую волну, и опять людей закрутил водяной круговорот.
Что сказал им Томас, когда они поднимались на борт?
С
Может, русалки плывут под этой протекающей ореховой скорлупкой, поддерживая и защищая ее? Что стало с остальными судами?
Вокруг не было видно ничего, даже обломков.
Вдруг Рохейн показалось, что в просветах между волнами она видит землю. Под изодранными остатками парусов беглецы, полагаясь на милость ветра и волн, устремились к этому единственному признаку надежды на спасение. Волны теперь достигали высоты шестьдесят футов. На скользкой палубе Рохейн, Эдвард, Эрсилдоун, Люти, Авенель, Вивиана и Кейтри молили богов, чтобы все наконец закончилось.
Робин Люти держал в руках гребень русалки. В полумраке жемчуг и золото, украшавшие его, сверкали подобно солнечному свету. Наклонившись к Кейтри, Люти вставил гребень в ее волосы.
— Ты слишком молода, чтобы умереть! — прокричал он, но его голос был едва слышен в окружающем грохоте волн и ветра.
Вместе с охранниками он стоял рядом с Рохейн. Люти кивнул, подняв указательный палец.
— Еще одна.
— В таком случае нам надо привязаться к снастям, — предложила Рохейн.
— Нет! — ответил Люти. — Наоборот, освободитесь от всего. Возможно, судно развалится.
— Если такое случится, миледи, — сказал Бард, наклонившись прямо к ее уху, — вы должны спастись, потому что защищены. Помните об этом. И принц тоже обязательно останется жив. А теперь и маленькая служанка. Рохейн, может статься, мы больше никогда не увидимся. Мне многое хотелось бы сказать. Мое сердце переполняет масса чувств, но я не могу облегчить его.
— Нет! — закричала она. — Как это я буду спасена? А вы? А Вивиана? Другие девушки?
— Думаю, Вивиана тоже спасется. — Голос Барда звучал хрипло. — Она говорила, что родилась в пузыре, поэтому ее мать называла девочку «морской ведьмой». Если тот кусочек у нее с собой, то скорее всего она не утонет.
— Томас…
Глаза Рохейн были похожи на океан.
На Тамхании морская вода залила жерло вулкана, из которого выливалась раскаленная лава.
Мир содрогнулся от взрыва невероятной силы.
Весь остров взлетел на воздух. Когда-то очень давно из воды поднялся вулкан. Сейчас благодаря тем же самым процессам он был разрушен. После его гибели море быстро закрыло волнами то место, где он находился, словно остров никогда не существовал.