Читаем Лазурный полностью

– Вижу по глазам, что ты все поняла, но давай не будем сейчас это обсуждать. Слушай меня внимательно, в семь за тобой приедет такси и отвезет тебя на вокзал, – прошептала Ольга Сергеевна. – Ты сядешь в саратовский поезд, но выйдешь за минуту до отправления из другого вагона, возьмешь такси и поедешь в Звенигород. Я купила тебе путевку в дом отдыха. Там побудешь, отдохнешь, проветришься – я позвоню, когда можно будет вернуться.

– Я вас не оставлю, Ольга Сергеевна! – возмутилась Мария. – Думаете, я не понимаю, какую игру вы затеяли? Вы ведь нарочно при всех сказали, что завтра я уезжаю, значит, убийца в курсе, что вы останетесь дома одна!

– Опять перечишь, несносная девица! Уедешь, как миленькая. В Москве тебе оставаться никак нельзя – опасно. Я без того грех на душу взяла, что втянула тебя помимо воли в эту аферу. Ты уж зла на меня не держи, постараюсь искупить свою вину.

– Да не держу я на вас зла, но вы могли бы и предупредить. Я чуть умом не повредилась!

– Боялась, что откажешься, а уговаривать я бы не стала, – откровенно созналась наглая старуха.

– Ольга Сергеевна, я боюсь, – потерянно сказала Мария. – За вас боюсь. Не мне, а вам нельзя оставаться одной. Эти люди – они ужасны!

– Обыкновенные люди, – отмахнулась Вознесенская, – самые обыкновенные. Все, девочка, иди. И не волнуйся за меня. Я, слава богу, еще не выжила из ума и не собираюсь оставаться один на один с убийцей. Мне будет помогать один очень хороший человек, которому я безгранично доверяю. Возьми в трюмо его визитку, Аркадий Мамонтов. В случае непредвиденных проблем смело обращайся к нему – он частный детектив, настоящий профессионал.

Вознесенская замолчала и закрыла глаза. Маша поправила одеяло и тихо вышла из комнаты.

В гостиной царило оживление: список подарков, который Ольга Сергеевна оставила на столе, ходил по рукам и весьма эмоционально обсуждался. Машу снова затошнило. Она усилием воли заставила себя войти в комнату, собрала грязную посуду, пошла в кухню, чтобы проверить горячее в духовке, и вздрогнула, чуть не выронив поднос с посудой из рук, – в комнате сына Вознесенской послышался шорох, словно кто-то подвинул стул. На лбу выступили бисеринки пота, Маруся на ватных ногах донесла поднос до кухни, поставила его к раковине, вернулась обратно к двери и припала к ней ухом, прислушиваясь. В комнате было тихо.

– Вот ты где, киска, – послышалось за спиной, и чьи-то руки бесцеремонно зашарили по ее телу. Она резко обернулась и оттолкнула нахала – хамом оказался Антон. Он отступил на пару шагов, покачнулся и вновь навалился на Машу, прижав ее спиной к двери. Его лицо было совсем близко, Антон смотрел ей в глаза и пьяно ухмылялся. – Красивая ты баба, – дыхнул он на Машу перегаром, – как увидел, так покой потерял. Может, пока никто не видит, уединимся минут на десять? Поверь мне, детка, я умею доставлять женщине наслаждение!

– Убирайся ко всем чертям, – сквозь зубы процедила Маша, пытаясь высвободиться, но Антон был настолько пьян и возбужден, что не слышал ее.

– Поворачиваем ключик, открываем дверку, – сказал он, резко втолкнул Машу в комнату покойного сына Ольги Сергеевны и запер дверь изнутри. В комнате было темно, лишь слабая полоска света от уличных фонарей пробивалась сквозь плотные гардины. Именно из этого окна отправились на небеса сын и муж Ольги Сергеевны. Она впервые оказалась здесь, и ей стало так страшно, что ноги приросли к полу и парализовало связки. Господи, а если Антон – убийца?! Если это он сбросил Николая из окна? Такому кабану это ничего не стоит!

Антон схватил ее в охапку и поволок к окну, шепча ей на ухо какую-то похабщину. Она закричала, но мужик липкой ладонью закрыл ей рот и нос, другой рукой сжал сзади за запястья – теперь при любом сопротивлении Маруся испытывала адскую боль. Кажется, пришла ее очередь полетать. Сейчас он выкинет ее из окна, тихо выйдет из комнаты – и все. Все для нее закончится…

Перед окном стоял массивный письменный стол. Антон неожиданно отпустил ее руки и толкнул Машу вперед – она упала грудью на столешницу, крепко вцепилась в нее пальцами.

– Вот умница, давно бы так, – хрипло сказал Антон, схватил ее за волосы и прижал голову к столу. – Стой, не дергайся! Если будешь хорошо себя вести, я все сделаю быстро и ласково.

«Господи боже мой, он решил меня сначала изнасиловать, а потом в окно выкинуть?!» – с ужасом подумала Маша. Не слишком ли много удовольствий для одного вечера?

– Скотина, у тебя жена и дети в соседней комнате, – попыталась она образумить мужика.

– Но не мог же я упустить возможность трахнуть королеву! – заржал Антон.

Взвизгнула «молния» на его брюках, они с шорохом стекли на пол, и в ту же секунду Антон, издав приглушенный булькающий звук, грохнулся на ковер. В дальнем углу комнаты что-то скрипнуло, и вновь все стихло.