Читаем «Ласточки» над фронтом полностью

Лидия Константиновна Демешова прошла по дорогам войны большой путь — от момента формирования полка и до конца войны, до светлого Дня Победы.

Передо мной пожелтевший, ломкий от старости листок — вырезка из многотиражной газеты «Трактородеталь») от 18 августа 1939 года. С фотографии белозубо улыбается веселая девчонка с яркими глазами, в лихо надвинутом белом беретике. «Буду пилотом» — называется заметка, подписанная Лидой Демешовой. В те дни Лида работала на тракторном заводе, а по вечерам училась в аэроклубе. Перечитываю заметку, вновь и вновь смотрю на девчонку в беретике — и словно возвращаюсь в незабываемые для нашего поколения тридцатые годы…

Да, так это было — страстная напряженная работа, жадная учеба, огромные, как небо, мечты и никаких сомнений в том, что они должны сбыться, — все так, как и должно быть в юности!

«Как-то в декабре прошлого года, — писала Лида, — на комсомольское собрание приходил инструктор аэроклуба. Он рассказал комсомольцам о развивающейся авиации в нашей стране, о необходимости овладевать летными специальностями и объявил о наборе в аэроклуб.

С этого дня у меня появилось стремление стать пилотом, и я поступила учиться в аэроклуб.

Я со всей энергией принялась за учебу. Хорошо освоила весь пройденный курс. С мая начались практические учения. Несколько полетов совершила под руководством летчика. Теперь самолетом управляю самостоятельно…»

Мечты Лиды исполнились, да только не так, как об этом думалось. Она закончила аэроклуб. Но грянула война. Курсанты Саратовского аэроклуба чуть не ежедневно приходили в военкомат, упрашивали, чтобы их послали на фронт. Чтобы не терять времени, Лида записалась на курсы медсестер — ведь девушек-летчиц в армию не брали. Но в военкомат подруги продолжали упорно ходить. И однажды кто-то из сотрудников сказал им:

— А знаете, Раскова формирует женский авиаполк. Попытайте счастья!

Лида вместе с Надей Васильевой и Раей Ароновой поехали и разыскали Марину Михайловну и сказали о своем желании стать военными летчиками.

— Как закончили аэроклуб? — спросила Раскова Демешову.

— Хорошо. Инструктором работала.

— На фронт пойдете?

— Пойду, — решительно и твердо ответила Лида.

— Ну, быть по сему, — и Марина Михайловна пожала руку девушке…

Как самое дорогое хранит Лидия Константиновна Демешова свою летную книжку. Перелистает порой ее хрупкие странички, пробежит глазами по скупым строчкам — каждая дышит грозным воздухом войны, немногими емкими словами рассказывая об одном из трехсот боевых вылетов, выполненных штурманом легкого бомбардировщика Л. Демешовой.

…В один из вечеров, еще до наступления темноты, экипаж Клавы Серебряковой — штурманом в нем была Лида — перелетал на аэродром подскока, чтобы с него ночью вылетать на бомбежку войск противника. Неожиданно девушки увидели фашистский истребитель. Зайдя в хвост нашей машине, фашист обрушил на «ласточку» огонь. Струи снарядов и пуль ударили по двигателю и кабине. В то же мгновение резкая нестерпимая боль в руке заставила Лиду вскрикнуть.

— Лида, самолет подбит! Как ты?

— Ничего, Клава, все нормально, — ответила Лида и стиснула зубы от боли.

Умело маневрируя и пользуясь сгущавшимися сумерками, Клава ушла от преследовавшего их самолета и посадила машину на поле. Здесь, на земле, Лида сказала подруге:

— Я ранена, Клава.

— Двигаться можешь? — с волнением глядя в побледневшее лицо своего штурмана, спросила Серебрякова.

— Могу, только руку надо покрепче перевязать. Добраться до госпиталя помогли девушкам наши бойцы. Посадили в машину, и когда на дороге встречались заторы, шофер, высунувшись из кабины, громко кричал:

— Пропустите! Раненую летчицу в медсанбат везу! Дорогу, как это не было трудно, тут же освобождали…

В госпитале Демешова пробыла недолго — торопилась в полк. Как мы обрадовались, увидев Лиду снова «дома» — окружили, затормошили. Карие глаза ее сияли от радости, побледневшее, осунувшееся после ранения лицо светилось счастьем. Но вот кто-то, не рассчитав силы, прижал Лиду покрепче, она охнула и сморщилась от боли:

— Ой, рука! Еще не совсем зажила, — смущенно объяснила она окружившим ее девушкам.

Рана еще не успела как следует зажить, а Лида уже снова вылетала на выполнение боевых заданий. В полете, когда приходилось напряженно работать с прицелом и оборудованием, руку сводило судорогой. Лида, превозмогая боль, действовала одной рукой, а на земле продолжала тренировать себя…

Наши маленькие По-2 не давали покоя гитлеровцам. В любую погоду мы появлялись над вражескими позициями на малых высотах и бомбили их. Каждый боевой вылет требовал огромного напряжения сил, тщательной подготовки, проявления разумной инициативы, непрерывной осмотрительности, беззаветной отваги. Бывало, что какой-то экипаж попадал в безвыходное, казалось, положение, но мужество и мастерство летчиц и штурманов, несокрушимая воля к победе, всегдашняя взаимовыручка помогали выходить победителями в самых невероятных условиях.