Читаем Ларец Самозванца полностью

Антон молча пожал плечами. Тут спорить не приходилось... Стремянные стрельцы, охранявшие тем утром Кремль, были достаточно многочисленны и великолепно вооружены, а значит – способны растереть повстанцев в мелкую муку. Однако... Однако, когда царь – или самозванец, выпрыгнув из окна, покалеченный, добрался до них, они лишь на время остановили его убийц. И потом – спокойно смотрели, как убивают их командира, боярина Басманова, как истекают кровью немногие немецкие наёмники, оказавшиеся в тот день при царе. Они, сладко пившие и вкусно евшие, не нашли в себе мужества встать против убийц своего государя... Что же до Марфы – царицы, то он, Антон, своими ушами слышал эти слова. «КОГДА ВЫ ЕГО УБИЛИ, ТЕПЕРЬ УЖЕ ОН НЕ МОЙ». Мало, ох мало же это походит на отречение от него!

Как-то незаметно за разговором они съели большую часть своего скромного ужина. Вода, к слову сказать, тоже закончилась – фляга опустела.

-Эй, Антон! – громким шёпотом сказал Микула. – Ты б сходил, налил!

Младшему стрельцу вовсе не хотелось идти куда-то, шагов этак за пятьдесят, в глухой, чёрный, ночной лес. Однако воды и впрямь не было, тут Микула был прав... Как жаль!

-Да я не хочу пить! – промямлил мрачный Антон. – До утра всего-то ничего осталось... Подождём!

-Иди, принеси воды! – в голосе Микулы прорезались угрожающие нотки. – Ну!? Господи Иисусе, ну что за трусы эти стремянные! Шагу не сделают, чтобы не обделаться со страха! Язык, ты ж мужик!

Эти ли его слова, полные презрения, гордыня ли Антона сделали дело, но стрелец поднялся с земли и, взведя замок пищали, решительно шагнул из-под защиты ели. Его глаза, глаза прирождённого воина, однако, немногое могли выделить из сплошной массы деревьев и кустов, окружавших их укрывище. Разве что вот там что-то движется... Человек!

-Стой! – вскидывая пищаль и прикладываясь к ней, выцеливая человека, решительно рявкнул стрелец. – Говори слово, не то стреляю!

-Я те выстрелю... Венец! – отозвался человек голосом сотника Кирилла. – Где вы тут упрятались? Не вижу что-то!

-Да вот мы туточки, под елочкой! – торопливо, чувствуя свою вину, отозвался Антон. – Видно всё вокруг, а нас – с двух шагов разве различить удастся!

Только убедившись, что стрелец не врал, сотник успокоился и, успокоившись, кивнул:

-Добре, коль так, стрелец! Значит, никто не появлялся?

-Только ворона вон на том дереве! – указав на огромную, чуть ли не вдвое выше их ели сосну, доложил Язык.

-Ну, коли так... С воронами мы пока что не воюем! – холодно кивнув ещё раз, легко сказал сын боярский. – Микула, где ты там... вылезай!

Ветви ели затрещали, вздёрнутые вверх, словно руки сдающегося человека... но выдержали. Огромная, издалека похожая на медвежью, фигура Малого выросла прямо перед сотником. В руках стрелец держал свой огромный бердыш и Кирилл, в который уже раз, подумал – как раз для него оружие! Пищаль в руках Микулы смотрелась бы, по крайней мере, странно... Вот разве что гаковница, которую прихватил с собой запасливый командир Павло Громыхало, была ему по руке...

-Звал, сотник? – мрачно спросил Микула, даже не пытаясь утишить яростного блеска тёмно-серых глаз.

-Проверял! – возразил тот. – Ты так упрятался, что я не был уверен, на месте ли ты!

-На месте! – всё так же мрачно сообщил Микула. – Куда ж мне деваться отсюда?

И то верно, деваться ему было некуда. Вокруг, насколько хватало взгляда, мрачной стеной возвышался чёрный лес, по ночному времени почти что тихий... лишь изредка из самой глухомани, из чащобы, доносились странные и страшноватые звуки. Лес, особенно ночной лес, жил своей, недоступной пониманию людей жизнью. Пожалуй, даже Микула, славившийся бесстрашием и силой немереной, даже он мог потратить слишком много этих сил, чтобы пройти через самую чащу. Известно ведь, в лесу кого только не водится!

-Устали? – впервые за вечер и уже почти закончившуюся ночь, проявил о них заботу сотник. – Устали, вижу... Ничего, потерпите! Часок ещё посидите здесь, а там и смена придёт. Я говорил вашему полусотнику, чтобы он не забыл. А ежели он забудет, то я – нет! Так тихо?

Только его усталостью объяснили для себя стрельцы, что вопрос сотник задал второй раз, притом почитай подряд. Что Кирилл устал, было видно очень хорошо... Даже с лица осунулся!

-Не боись, сотник! – рыкнул довольный Микула. – Мы – не подведём!

Коротко кивнув, Кирилл помялся ещё немного, да и пошёл обратно. А что ещё ему было делать?

-Так ты за водой-то сходи! – почти сразу же вновь насел на Антона Малой. – Пить я только больше теперь захотел!..

8.