Читаем Ланселот мой рыцарь полностью

— Разве тебе не нужно достраивать помещение для птиц?

— Его закончат другие, те, что вчера не могли таскать камни. К тому же я и мои воины неплохо потренировались вчера, но сегодня нам нужна другая тренировка. — Ланселот показал рукой на ристалище, недалеко от которого они гуляли и где сейчас находились рыцари. Оттуда доносились звон оружия и ржание коней.

— Почему ты не там? — поинтересовалась она.

— Я хочу провести это время с тобой. — Он посмотрел на нее с такой милой улыбкой, что Хелен решила больше не выпытывать у него, почему же все-таки он пригласил ее сегодня на луг.

Вместо этого она решила наслаждаться хорошей погодой и прекрасным пейзажем. Если в прошлый раз все поля вокруг замка колосились золотистой рожью, то сейчас урожай был убран, и голое жнивье придавало ландшафту ощущение простора и свободы. Поля окружали леса и холмы, уже начавшие окрашиваться в яркие осенние цвета. Небо было прозрачно-голубым, без единого облачка. Неужели такая же погода стоит сейчас и в ее времени?

Хелен улыбнулась Ланселоту в ответ.

— Ты любишь осень?

— Я вижу, что ты ее очень любишь, — сказал он.

— Мне кажется, что осенью я начинаю жить заново. Будто у меня много-много сил, чтобы начать большое дело, — объяснила Хелен.

— Какое же большое дело ты хочешь начать сейчас?

Хелен покачала головой.

— Все пропало. Я хотела найти способ, который позволит мне сохранить Сент-Невилл. Но вместо этого оказалась здесь. Теперь я ничем не могу помочь дедушке.

— Расскажи мне, что тревожит тебя. Иногда, когда рассказываешь кому-то о своих проблемах, начинаешь лучше их понимать, — предложил Ланселот.

— И быстрее приходят на ум их решения. Я знаю, — ответила Хелен, — но вряд ли это относится ко мне.

Ланселот сел на пригорок и посмотрел на нее снизу вверх, затем похлопал по траве рядом с собой, приглашая ее сесть.

— Я хочу знать. Ты помогла мне, может быть, и я смогу помочь тебе.

Хелен села. Ничего не случится, если она расскажет Ланселоту все, что произошло с ней до того, как она попала сюда. К тому же ей действительно нужно с кем-то поговорить об этом, и лучше Ланселота собеседника в этом веке не найти.

— Все началось, когда я узнала, что дедушка продает Сент-Невилл. Это был дом нашей семьи на протяжении нескольких веков, и я не могла представить, что мы когда-нибудь лишимся его. Потом случились неприятности на моей работе. Я рассказывала тебе, что я историк, археолог, ищу свидетельства жизни прежних цивилизаций. Я веду раскопки, затем пишу о своих находках большой труд, который оценивают другие ученые.

Хелен старалась говорить понятными Ланселоту словами и успокоилась, когда увидела, что он кивнул, показывая, что понимает.

— В тот день, когда я готовилась рассказать о своей работе, мой помощник украл ее у меня. Он объявил, что всем занималась моя помощница, и поэтому я не могу присвоить все себе. Что я лишь курировала работу по раскопкам, то есть помогала, но не делала сама. Но это неправда! Эта работа полностью моя, я сама жила почти год на раскопках в Ливии, в пустыне, порой без воды и пищи. Это тяжелый каждодневный труд, когда не знаешь, добьешься ли успеха. Но я добилась, я нашла то, что искала. А потом, когда я все свела в один большой труд, его объявили не моим. Ректор, это главный человек на моей работе, сказал, что я пытаюсь присвоить заслуги своей помощницы! Но это она и ее дружок присвоили мои заслуги!

Ланселот взял ее за руку, показывая, что поддерживает ее.

— Почему же ты не сказала им, что они ошибаются?

— Там были люди, которые знали, что я все сделала сама, но они не выступили в мою защиту. Я думаю, это сильно обидело меня. То есть я была так сильно удивлена и оскорблена, что у меня отнялся язык. Потом я пыталась все объяснить ректору, но он не стал слушать. Сказал, что, если я еще раз попытаюсь присвоить работу помощников, они лишат меня степени доктора. — Хелен опустила голову.

— Неужели нашелся человек, которого ты не смогла заставить выслушать тебя до конца?

Хелен уловила в его словах насмешку и подняла глаза. Ланселот действительно улыбался.

— Ты такая храбрая, не испугалась меня даже тогда, когда думала, что я убийца. Почему же ты испугалась какого-то рактора? — продолжил Ланселот.

— Ректора, — машинально поправила его Хелен.

— Не важно. Ты высказала в лицо Артуру все, что думаешь о нем и его жене, а ведь это было очень опасно. А в твоем времени, если бы ты высказала ректору все, что считала нужным, что бы тебе за это было?

— Наверное, уволили бы. Выгнали с работы.

— Но не убили?

Хелен помотала головой.

— Я не понимаю. Ты храбрая здесь, а там позволяешь обижать себя. Но это еще не все. Что там с твоим женихом, который бросил тебя?

— Это случилось в тот же вечер. Я пришла домой, уснула, а ночью обнаружила лишь письмо, в котором он просил меня поздравить его, так как он женится на одной богатой девице.

Ланселот с удивлением посмотрел на нее.

— И ты не выдрала этой особе все ее жидкие волосенки и не проткнула его мечом?

Хелен расхохоталась.