Читаем Лабиринт Ванзарова полностью

Нехороший звоночек Пирамидов ощутил, когда Клубкова не явилась вовремя, хотя клятвенно обещала. Он успокоил себя, что в праздник барышня могла потеряться во времени. Не упустит она вознаграждение в сто рублей, которое ей было обещано из секретного фонда охранки. Для бедной актрисы огромные деньги. Полковник был уверен: материальная выгода надежнее честного слова. Вчера Клубкова так обрадовалась сотне, что готова была подтвердить любые факты, которые ей предложат. Особенно если накинут еще сотенку. Такое поведение Пирамидов понимал и одобрял.

Прошло более получаса, когда она должна была явиться. Пирамидов не мог представить причину, по которой девица могла обмануть. Совесть или раскаяние в расчет не берутся. Глупостями полковник не занимался.

Настоящая тревога проснулась через полтора часа. Что бы ни случилось, Клубкова должна быть здесь. Даже если попала под конку, поскользнулась на мостовой или с крыши свалилась глыба льда. Обязана прислать весточку. Полковник повторил ей трижды, девица клятвенно обещала, что с ней ничего не случится. Уж если выжила в кровавых лапах Ванзарова. Особо беспокоило, что Клубкова проживала не в дальних рабочих кварталах, а неподалеку, на Екатерининском канале. На извозчике пять минут тихим шагом. Пешком – десять.

Не желая сдаваться неизвестности, Пирамидов направил Мочалова по адресу. Ротмистр вернулся не слишком скоро. Вернулся один. Хуже были новости, которые он доложил: по указанному адресу Клубкова не проживает. Более того, никогда не проживала. Что подтвердил дворник дома и сам домовладелец, найденный за праздничным столом вмиг протрезвевшим.

Призрак надежды растаял окончательно. Полковник отчетливо понял: его обманули. Провели как щенка. Причем дважды. Одна и та же мерзавка. Такой подвиг заслуживает чугунную медаль «За глупость». Он так желал схватить Ванзарова за горло, так хотел услужить своему шефу, что на радостях совершил ошибку. Ошибку непростительную: доверился словам. Не проверил. Не оставил ее под замком. Не сделал ничего из того, что должен был. Теперь надо исправлять чрезвычайную ситуацию.

Мочалов помалкивал, зная, что сейчас происходит в душе и мыслях его командира.

Пирамидов приказал вызвать всех офицеров, невзирая на отпуска и праздник. Весь штат охранного отделения собрался быстро. Полковник отдал приказ: немедленно найти своих агентов, дать им описания Клубковой, перетряхнуть столицу снизу доверху, но найти ее любой ценой. К утру она должна сидеть в охранке. Каждый должен лично обойти вверенный ему участок города. Никакого сна, отдыха и застолий, пока исчезнувшая не будет найдена. Офицеры разошлись, а полковник остался ждать в кабинете. Эта пытка оказалась невыносимой.

Минуты вонзались иглами, часы рвали сердце клещами. Владимир Михайлович не мог ни есть, ни спать. Он лихорадочно искал выход, готовясь к тому, что розыски будут тщетны.

К семи утра было получено последнее донесение: никаких следов Клубковой установить не удалось. Более того, никто из агентов никогда о ней не слышал. Пирамидов понял, что попал в яму, выбраться из которой почти невозможно. Оставался последний и единственный шанс: блеф. Он вызвал Мочалова, державшегося молодцом, хоть не спал ночь, и приказал привести арестанта. Ротмистр расстарался: Ванзарова ввели под конвоем штыков. Преступник выглядел бодрым, свежим и как будто в отличном настроении. Пожелал доброго утра, сел без приглашения и закинул ногу на ногу. Словно в гостях.

Мочалов с конвойными были отпущены.

– У вас была возможность обдумать безнадежность вашего положения, – сказал Пирамидов, закрывая показания.

– Я обдумал, – сказал Ванзаров.

– Готовы сделать признание?

– Готов забыть то, что случилось, если немедленно отпустите меня и снимите филерское наблюдение. Незачем людей попусту гонять.

Нечто подобное Пирамидов предвидел, готовился и сдаваться не собирался.

– Как видно, у вас в голове помутилось, Ванзаров. Или вы мне угрожаете?

– Не имел такого намерения, господин полковник. Как изволили вчера сказать: игра окончена.

Арестованный без страха и почтения смотрел прямым немигающим взглядом. Как прокурор на подсудимого. Под воротом мундира пробежали мурашки. Полковник не дрогнул. Еще чего не хватало: пугаться мелких чиновников…

– Не будем терять времени, – сказал он. – Пишите признание. Обещаю отпустить под домашний арест.

Ванзаров кивнул, будто согласился.

– Была обещана очная ставка со свидетелем, давшим против меня показания.

– Очную ставку я отменил, – ответил Пирамидов так, словно ситуация у него под контролем.

– В чем причина?

– Задавать подобные вопросы вы не смеете в вашем положении. Не тяните время, Ванзаров.