Читаем Кутузов полностью

Кстати, о «честном муже» из Пруссии. Кем бы он ни был по происхождению, но тот факт, что некогда он обитал по другую сторону Вислы, по-видимому, был известен при прусском королевском дворе. Может быть, сам Михаил Илларионович, дважды побывав в Пруссии с дипломатической миссией, в беседах с прусскими придворными и генералами мог сообщить об этом факте своей родословной. 25 марта 1813 года он поведал в письме своей супруге из города Калиша: «За день до отъезду прислал (король Фридрих Вильгельм III. — Л. И.) ко мне государственного канцлера, который подал мне от короля Черного и Красного орла, сказав от имени короля, что он благодарит меня, как восстановителя Пруссии, и что ежели поможет Бог утвердить все начатое, тогда желает король иметь меня своим согражданином и утвердить за мною имение в Пруссии»⁹. Год спустя с подобным же предложением английский король обратился к фельдмаршалу М. Б. Барклаю де Толли, зная о его шотландских «корнях», и получил тот же самый ответ. Кстати, Михаил Илларионович в совершенстве говорил по-немецки; это был первый иностранный язык, который он освоил еще до поступления в Инженерно-артиллерийскую школу. Попавший в плен в 1812 году французский интендантский полковник М. Л. де Пюибюск отметил: «…Он (Кутузов. — Л. И.) говорит свободно по-французски, а его выговор сдается на немецкий»¹⁰. Но Кутузов с рождения был очень артистичен, и в разговоре с наполеоновским офицером он мог изобразить акцент намеренно. Так, граф П. Л. де Боволье, против воли оказавшийся в России с армией Наполеона и также попавший в плен, был известен Кутузову как роялист, преданный Людовику XVI. Фельдмаршал удостоил его трехчасовой аудиенции, после которой граф признался, что «имел случай дивиться его обширным познаниям и чисто французским оборотам речи»¹¹. Современники не раз удивлялись искусству Кутузова перевоплощаться. Они вспоминали, что немцы принимали его «по языку» за своего соотечественника, а французы — за своего. Михаил Илларионович по этому поводу шутил так: «В разговорах с немцами я — немец, с французами — француз, но сам я — настоящий русак». Кутузов знал, что его предок Гавриил, сын Гавриила Андрей и внук Гавриил Андреевич Прокша (что и означает: «схватившийся за рукоять меча») похоронены в церкви Спаса на Нередице. Правнук Гавриила Александр Прокшич был первым в роду, кто получил прозвище «Кутуз» («подушка»). Именно он, вопреки сведениям Общего гербовника, и стал родоначальником рода Кутузовых. Правда, в тексте гербовника родоначальником назван его старший сын (праправнук Гавриила) Федор Александрович, который, как и его отец, также носил характерное прозвище «Кутуз». Племянник же Федора Александровича Кутузова, Василий Ананьевич, в свою очередь, имел прозвище «Голенище», откуда и пошли Голенищевы-Кутузовы, прочно обосновавшиеся на Псковской земле. Сам Василий Ананьевич (в 1471 году посадник в Новгороде) имел небольшие земельные владения в Опочецком и Торопецком уездах Псковской губернии. Его правнук «раб Божий Иван Иванов сын Голянищева-Кутузова», умерший в 1580 году, был похоронен в Псково-Печерском монастыре. Копии жалованных грамот роду Голенищевых-Кутузовых царей Михаила Федоровича, Алексея Михайловича, Федора, Иоанна и Петра Алексеевичей Романовых сохранились в псковском архиве Землями на Псковщине за верную службу жалуются четырежды правнуки Василия Ананьевича Голенищева-Кутузова: Федор, Елизар, Ульян Александровичи и их двоюродные родственники, братья Михаил и Иван Савиновичи. Вероятно, мы не знали бы так подробно о связях рода Голенищевых-Кутузовых с Псковской землей, если бы не научные изыскания Л. Н. Макеенко, автора статьи «Род Голенищевых-Кутузовых», опубликованной в одной из книг «Псковская земля История в лицах». Ею приведены подробные сведения о ближайших родственниках полководца, начиная с Ивана Савиновича — прапрадеда нашего героя. Согласно жалованной грамоте за походы на султана турецкого и хана крымского, в княжество Литовское и Смоленское, Ивану Савиновичу пожалованы земли в Великолукском и Торопецком уездах. Кроме того, грамотой подтверждены прежние владения, записанные за ним с 1663 по 1670 год, в том числе деревня Рязаново (Резаново), которая впоследствии перешла к праправнуку — Михаилу Илларионовичу¹².