Читаем Кутузов полностью

…Петр Великий, вернувшись из путешествия по Европе, решил не откладывать в «дальний ящик» создание образовательных заведений для юношества. В 1701 году в Москве была основана Школа математических и навигацких наук; в течение пятнадцати лет в ней получали образование не только морские офицеры, но и геодезисты, инженеры, артиллеристы. Царь считал, что учеников можно набирать и в излишестве, невзирая на наличие вакантных мест. Конечно, специальных познаний будущие артиллеристы и инженеры отсюда вынести не могли, так как обучали их здесь только математике, тригонометрии и черчению, а остальные сведения они должны были приобретать практическим путем по месту службы. Сознавая несовершенство этой системы, 16 января 1712 года Петр I издал указ об учреждении в Москве Инженерной школы, в которую предполагалось набрать до 150 учеников, причем две трети из них должны были состоять из дворян. Но охотников учиться не хватало: в конце 1713 года в школе было всего 23 ученика. Сенат издал указ Военной канцелярии набрать еще 77 учеников из всяких чинов людей, «также из царедворцовых детей, за которыми до 50 дворов», чтобы они прилежно обучались инженерной науке¹³. По-видимому, и эта мера не дала желаемых плодов. В 1719 году в новой столице Санкт-Петербурге была учреждена Инженерная рота, куда были переведены все наличные ученики, считавшиеся рядовыми до получения инженерных знаний. С 1722 года рота стала называться Инженерной школой, где обучали не только арифметике, геометрии и тригонометрии, но и фортификации, а затем и гидравлике. Предписывалось, «кроме бумаги, на земле практиковать малыми модельми» (моделями. — Л. И.). Учения в школе проводил лично генерал-майор де-Кулон. Учебников же, судя по всему, не было. Среди 94 учеников, проэкзаменованных самим де-Кулоном, только 49 были признаны достойными получать жалованье. Обратим внимание на сведения, имеющие для нас особую важность, в связи с биографией нашего героя. Ученики, успешно освоившие курс наук, выносили из школы довольно значительный объем знаний, а те из них, кто с успехом закончил курс наук, получали звание кондуктора в инженерной команде. Таким образом, ордер графа П. И. Шувалова от 10 декабря 1759 года подтверждает тот факт, что 14-летний Михаила Кутузов успешно овладел «обязательной программой» обучения. Если потом кондукторы продолжали образование на практике, то достигнув успехов, они производились в первый офицерский чин — инженерные прапорщики, а «если же ничему большему не научатся, то так и останутся кондукторами»¹⁴, то есть «инженерными вспомогателями» офицерам. Многим дворянским детям наука давалась нелегко. После смерти Петра I сразу же нашлись ученики, которые явились в Военную коллегию с просьбой «отбыть от науки» под предлогом «беспамятства и непонятности». Но их надежды на легкую жизнь были безжалостно разбиты: Канцелярия Военной коллегии возвратила их в школу с требованием к начальству «обучать их с прилежанием» и посылать в Военную коллегию ежемесячные отчеты. Нерадивых учеников отчисляли из школы для укомплектования Минерной роты: в их число попали даже князь Матвей Голицын и князь Ефим Мещерский¹⁵. При существовавших условиях, когда по достижении чина кондуктора следовало самим добывать специальные знания, школа готовила помощников для иностранных инженеров: выпускникам зачастую открывалась перспектива остаться «вечным кондуктором». При Анне Иоанновне стараниями графа Бурхарда Кристофа Миниха, «постигшего дух Петров», был принят проект кадетского корпуса, который должен был готовить русских офицеров для инженерной службы. По окончании этого корпуса кадеты выпускались не только прапорщиками, но подпоручиками и даже поручиками. Таким образом, «кондукторское училище» было преобразовано в корпус. Причем Миних сам часто экзаменовал поступивших в школу недорослей, рассматривал чертежи, задавал вопросы и даже требовал красоты отделки чертежей. Однако получить офицерский чин по-прежнему было непросто: кондукторов разделили на три класса. По окончании курса школы ученики выпускались кондукторами 3-го класса, затем до получения чина инженер-прапорщика служили в чине кондукторов 2-го и 3-го классов, то есть срок мытарств по добыванию специальных знаний и опыта увеличивался. В 1733 году школа помещалась на Петербургском острове, на Инженерном дворе. В 1738 году число учеников ее увеличилось до 150 человек. Правда, 50 из них были вскоре переведены в Москву, во вновь учрежденную там Инженерную школу.