Читаем Кусака полностью

— От разорения, пустого расточительства и глупости. Видите ли, на их планете существуют такие природные вещества, которые в любом ином мире страшный яд. Вот вы, братва, не в курсе, а _т_а_м_ повсюду идут маленькие войны — распадаются одни альянсы, создаются новые, одна группа решает, что ей требуется планетарная система, другая из-за этого пылит. И так всю дорогу. — Монстр пожал плечами. — Вот, предположим, какой-нибудь умник-разумник решает прибрать яд к рукам и начать его распространение. Говорю вам, эта дрянь _с_м_е_р_т_е_л_ь_н_а_. Дальше она попадает в космос и даже может там накапливаться. А знаете, как она действует? Проникает прямо сквозь тело и растворяет кишки и кости в пюре. Мы освободили планету именно для того, чтобы не дать этой мерзости попасть к недоумкам, каких во вселенной тьма-тьмущая. И все шло отлично, пока "она" не начала возбухать, корчить из себя "революционерку" и все такое прочее. — Кусака покивал головой, хмурясь и морщась. — Она пытается вернуться, чтобы снова натворить бед — с нее станется толкнуть яд тому, кто даст самую высокую цену.

Роудс не знал, верить или нет.

— Почему же ты не рассказал об этом раньше?

— Потому что ничего о вас не знал. Насколько мне было известно, вы ей помогали. Казалось, вы все охотней полезете в драку, чем пойдете на разумный разговор, ребята. — Кусака впился взглядом в глаза Роудса. — Но я парнишка незлопамятный. Будем друзьями. Идет?

"Мэк Кейд провернул бы дело точь-в-точь так же, — подумал Вэнс. Мягко стелет, да жестко спать". Обретя голос, шериф сказал:

— Полковник? Поко-мокоекомуко окон врекот.

Роудс увидел, как Кусака озадаченно моргнул. За лицом-маской пошли крутиться колесики, просматривая словарный запас, однако ухватить сало "свинской латыни" не удавалось. В действительности Вэнс сказал: "По-моему, он врет".

— А ну-ка растолкуйте, — потребовал Кусака голосом, в котором звучал металл. Тон монстра снова стал сугубо деловым.

— Мне надо посовещаться с остальными.

— Мужик, тут нечего совещаться. Либо мы заключаем сделку, либо нет.

— Нам требуется определенное время.

Кусака не шелохнулся, но собачья голова сердито задергалась. Проползло семь или восемь секунд. Роудс чувствовал, как из-под мышек катится пот.

— Дурите вы меня, ребята, — сказало существо. — Объегорить пытаетесь. — Оно надвинулось на Роудса и, не успел полковник попятиться, как они оказались нос к носу. Ганнистон поднял револьвер и прицелился в голову монстра, а Вэнс положил палец на курок винтовки.

— Слушай, ты, — прошипел Кусака. Поддельные легкие работали по-настоящему, монстр дышал, но в его дыхании слышалось слабое урчание, словно за много миль от них шумела работающая на полную мощность домна, а воздух, который Кусака выдыхал в самое лицо Роудсу, вонял разогретым пластиком и металлом. Собака прихватила зубами рубашку полковника. — Игры кончились. Мне нужны хранитель и спора.

— Времени бы надо… побольше, — отозвался Роудс. Он знал — стоит отступить хоть на шаг или как-то иначе выдать свой страх и нерешительность, и пальцы с зазубренными ногтями вцепятся ему в горло. Сперва нам надо ее разыскать.

— Видит Бог, я пытался договориться с вами по-хорошему. Указательный палец чудовища погладил подбородок полковника. — Знаешь, у себя на корабле я творю. Там у меня мастерская. Дайте мне плоть, и я смогу творить… чудеса. — Снова появилась улыбка, всего в нескольких дюймах от лица полковника сверкнули игольчатые зубы.

— Я видел одно из твоих творений. Летающее.

— Симпатяга, верно? Если хочешь посмотреть мою мастерскую, могу сейчас же взять тебя под мышку и отнести туда. Я могу переделать тебя… сделать лучше, чем сейчас. Гораздо сильнее… гораздо злее.

— Злости мне уже хватает.

Кусака гадко хихикнул. Звук был таким, словно у него в горле со скрежетом проворачивались колесики.

— И то верно, — согласился он и приподнял левое запястье. В тело был утоплен "ролекс" с инкрустированным бриллиантами циферблатом и крохотной минутной стрелкой. — Полагаю, этот механизм отмечает ход времени. Я наблюдал за его работой. Который час?

Роудс молчал. Кусака ждал.

— Без трех два, — сказал полковник.

— Молодец. Когда это длинное копье сделает оборот и снова подойдет к прежней отметке, я вернусь. Если хранителя со спорой не будет, я создам о_с_о_б_о_г_о_ клоподава.

— Но это же всего час! За такое короткое время мы не сможем ее найти!

— Это все, что у вас есть. Понятно, полковник военно-воздушных сил США Мэтт Роудс?

— Да, — ответил тот и ощутил, как плечи окутывает холодный смертный саван.

— Один час, — повторил Кусака. Повернув голову, он уставился на Ганнистона и револьвер, из которого капитан целился в него. — Хочешь схавать свою дуру?

Рука Ганнистона задрожала. Он медленно опустил пистолет.

— Думаю, теперь мы достигли взаимопонимания, — Кусака вернулся к краю дыры, занес ногу над пустотой и помедлил. Глаза собаки в свете ламп вспыхнули красным огнем. — Один час, — с нажимом повторил он. — Подумайте о том, что я сказал.