Читаем Куртизанки полностью

«Мы проводим здесь время так весело, как это только возможно,– писал далее Степни из Карлсбада.– Мы построили домик ценой в 2000 гульденов, существование которого весьма недолговечно. Это придумали итальянцы, в нем четыре отхожих места, полутемные укромные покои, удобные кушетки и другие обычные удобства, облегчающие любовные свидания. Из Дрездена мы привезли с собой целый обоз фривольных картин и статуй для украшения домика, и 6 июня у нас будет маскарад, на котором Кенигсмарк будет представлять Диану, за которой будет следовать свита из шести нимф. Я не могу сказать, кому будет доверена роль Актеона, но я рискну поклясться, что очередные рога будут кое-кому наставлены, как только наступит ночь, так как я прекрасно понимаю, что это основное условие для любовных приключений». И уже месяц спустя он замечает, рассказывая о пребывании Августа в Вене: «Фроляйн Ламберг прелестное существо, и я надеюсь, что она заставит его забыть Кенигсмарк».

Таким образом, на любовном небосводе Августа взошла еще одна звезда.

Отправившись в Варшаву, он снова взял с собой трех куртизанок – Аврору, Ламберг и Шпигель, красивую и знатную черкешенку, доставшуюся Августу в качестве добычи. Аврора взяла ее себе в служанки, и она повсюду сопровождала графиню, а потом была выдана замуж за камердинера Августа, который получил дворянство и чин подполковника.

Всех трех поселили в Варшавском замке. Аврора думала, что только она – фаворитка, однако курфюрст в то же время жаловал своим вниманием обеих других, о чем не знала ни одна из них. После возвращения Авроры в Дрезден ее роль официальной фаворитки курфюрста уже закончилась. Со свойственной ей мягкостью и тактом она приняла это как должное, не стала устраивать сцен ревности и осталась в хороших отношениях с другими дамами, опасавшимися потери быстро проходившего благоволения Августа. Аврора была умной и снисходительной и, прекрасно зная характер Августа, никогда не строила иллюзий насчет длительности их отношений. Однако она была теперь связана с ним ребенком, которого ждала. И в том же октябре 1696 г., когда родился законный сын Августа, Аврора родила сына. В память о прекрасных, но теперь забытых Августом днях в Морицбурге, он был назван Морицем. Это имя стало потом прославленным именем солдата и маршала Франции и ассоциировалось в истории войн XVIII в. с победами в битвах под Фонтенэ, Руко и Лаффельдом.

4 декабря 1696 г. курфюрстина София писала из Ганновера своей племяннице графине Луизе: «Все, что мне до сих пор сообщали о Кенигсмарк, было лишь предположениями, однако теперь сомнений нет, что она в Госларе, городке в Гареце, родила сына. Она может сказать себе, что она победила. И вот теперь она снова в Дрездене. Получив это известие, саксонский курфюрст в тот же день посетил свою супругу, отправился в казино, не заходя к Кенигсмарк, чем не дал поводов для ревности своей венской любовнице. Это некая Ламберг, которая вышла замуж за графа Хинсерле. Ее возлюбленный и повелитель уже потратил на нее несколько сотен тысяч талеров. А у Кенигсмарк теперь остался только сын».

2 января Лизелотта фон дер Пфальц пишет своей тете курфюрстине Софии: «Полагаю, что Аврора совершенно необыкновенная личность, так как, совершенно не смущаясь, выходит на прогулки в толпе бюргеров и синдиков, после того как родила бастарда. Мне кажется, Германия очень изменилась с тех пор, как я там жила, потому что о таком бесстыдстве я никогда не слышала...»

Аврора, официально все еще оставаясь куртизанкой Августа, какое-то время еще главенствовала при дворе; когда там появилась Ламберг, Аврора отнеслась к ней с изысканной вежливостью, не высказывая ни неприязни, ни ревности, и вела себя так, как будто в их отношениях с Августом ничего не изменилось. Курфюрст по достоинству оценил поведение своей покинутой возлюбленной и остался с ней в дружеских отношениях, которые, правда, с годами становились все холоднее. Во всяком случае, среди его фавориток она единственная, кого он потом не выдал замуж...

После рождения сына Аврора в ноябре 1696 г. получила от Августа богатые подарки: драгоценные камни, материи, зеркала «и другую галантерею» и 50 000 талеров к Новогодней мессе. Позднее она тоже получала значительные суммы.

Будучи великосветской дамой и обладая к тому же связями в самых высоких слоях общества, Аврора решила сама позаботиться о своей дальнейшей и по возможности независимой жизни: она хотела стать аббатисой Кведлинбургского монастыря.