Нас специально не отбирали. Брак с любым, даже с самым подходящим из живущих, сводится к тому, чтобы определить, какому виду страданий мы, вероятнее всего, принесем себя в жертву.

В некоем идеальном мире брачные клятвы будут полностью переписаны. У алтаря пара будет говорить так: «Мы соглашаемся не поддаваться панике, когда через сколько-то лет совершаемое нами сегодня покажется наихудшим из решений в жизни. Все же мы обязуемся и не оглядываться по сторонам, поскольку соглашаемся, что и тогда не будет более подходящих вариантов. Всякий человек всегда невозможен. Мы – вид, страдающий сумасшествием».

После того как собравшиеся торжественно повторят последнюю фразу, пара продолжит: «Мы приложим усилия хранить верность. В то же время мы уверены, что полный запрет переспать с кем-то еще – есть одна из трагедий бытия. Мы приносим извинения, что наша обоюдная ревность сделала это странное, но здравое и не могущее быть предметом сделки ограничение весьма необходимым. Мы обязуемся сделать друг друга единоличными наперсниками своих горестей, а не разбрасываться ими, ведя жизнь сексуально озабоченных донжуанов. Мы изучили различные варианты несчастья и избрали для себя привязанность друг к другу».

Супруги, которым изменили, больше не будут свободны яростно жаловаться, мол, ожидали, что их партнеры будут получать удовлетворение от них одних. Вместо этого они смогут более едко и праведно крикнуть: «Я надеялась/надеялся, что ты сохранишь верность тому особенному виду компромисса и несчастья, какой представляет собой наш тяжким трудом давшийся брак».

После такого любовная интрижка станет не предательством интимных радостей, а взаимным обещанием сносить разочарования брака с отвагой и стоической выдержкой.

Тайны

Ни одни отношения не могут начаться без обещания беззаветной близости. Однако для того, чтобы отношения развивались, также невозможно вообразить, что партнеры со временем не выучиваются держать великое множество своих мыслей при себе.

Нас настолько потрясает честность между двумя людьми, что мы забываем о достоинствах вежливости: не обязательно выставлять перед теми, кто нам дорог, все пагубные стороны нашей натуры.