Читаем Курчатов полностью

Ваша отрешенность от сует этой жизни восхищает меня! Я не боюсь, что Вы станете сухим эгоистом для жизни и людей, это ведь не похоже на Вас, а, уходя в науку, Вы собираете такие духовные силы, которые никогда не даст Вам жизнь. И выйдете в жизнь Вы сильный, неизломанный и богатый душою, ведь это самое ценное. Я в свои отчаянные минуты всегда думаю о Вас и говорю себе: „Вот есть еще один человек, которого не тронула наша современщина и который сохраняет и сохранит чистую душу“, и эта мысль меня утешает.

Я ведь совсем, совсем другой человек. Меня жизнь, обыденная, жизнь кругом захватывает, увлекает, волнует, мучает, радует и делает каждый мой день полным тревогами, ожиданиями и то подъемами, то упадками настроения. В конце концов — это тяжело, потому что уходит много сил на мелочи, потому что нет минут, когда серьезно, глубоко можешь уйти в себя и отрешиться всей душой от обыденного. И я завидую Вам, завидую Наде, моей сестре, всем людям, которые уходят в науку, в искусство всем своим существом. Я так не могу, и поэтому теперь со мною бывают минуты страшного духовного изнеможения, когда я, потерпев неудачи, устав от вечных тревог и вечных исканий, в отчаянии беру папиросы и курю, стараясь забыть все.

Расскажу Вам о том, что я делаю. Учусь прилежно в Институте, сдаю зачеты, слушаю лекции, которые иногда увлекают меня. Сколько нового, интересного, того, что так живо и так необходимо для жизни, дают естественные науки! Но Институт мой как общение с людьми — мертв для меня, потому что я не люблю моих коллег и чувствую себя чужой среди них.

У нас стоит суровая зима, морозы 10°, 15°, 20°. Возвращаешься с улицы вся седая, с заиндевевшими волосами и ресницами. Эта погода бодрит, но зима начинает утомлять, и я жду весны и лелею мечту о поездке в Крым хоть на неделю, чтобы увидеть море, небо синее-синее и почувствовать жар солнца, и увидеть еще Вас и Сильвию. Пишите скорее, я ведь жду Ваши письма. Вера».

№ 14

«Петроград, 15 апреля 1923 г.

Я не помню, когда получила Ваше письмо, милый Игорь! Это было очень давно, и я была в самом разгаре моих занятий в анатомическом театре и тогда я не хотела и не могла писать Вам, потому что мои письма были бы сплошь пропитаны тем тяжелым состоянием, в которое привела меня работа над трупом. Но теперь это кончилось, веселым вихрем пролетела Пасха, и снова завтра я еду в Институт. Пришла весна, я стою над Невою, ловлю порывы теплого, свежего ветра с моря, смотрю в серое, низкое небо и чувствую весну, чувствую свою юность и прекрасную гармонию мира у себя в душе!

Как полнее, ярче переживается это пробуждение природы у вас на юге!

Вы ходите целые дни опьяненные ароматами земли и зелени, и цветов, ослепленные красками, согретые могучим солнцем. Как я помню зеленые холмы и дорогу среди них, и цветы, и далеко синие силуэты гор с торжествующей громадой Чатырдага! Вы помните наши прогулки? Ведь как было хорошо!

А нам здесь природа так скупо, так медленно дает весенние подарки. И небо у нас все серое, и Нева еще не вскрылась, и все еще кутаются в зимнее от пронизывающей сырости и тумана. Но все-таки, все-таки это весна, наша бедная, наша робкая, но такая нежная, такая юная весна! У меня столько проектов на лето, у меня столько мечтаний, столько стремлений, что я с переполненной душой раскрываю руки и, кажется, так обняла бы весь Божий мир! Как хорошо, когда без внешних резких причин, без всякого влияния окружающего, чувствуешь себя легко и светло оттого, что внутри зажегся опять огонек, который загас в бурные мрачные дни, а теперь ясно горит и так волшебно согревает душу. И я без причины веселюсь, радуюсь и смеюсь, и мне очень хорошо. Бывают минуты, когда жизнь бывает так нежна по краскам и так трогательно прекрасна!

Что делаете Вы, чем увлекаетесь, о чем мечтаете? Пишите скорее много, все. Я живу, не заглядывая вглубь, особенно не углубляясь в себя, и поэтому мне легко и спокойно. Читаю стихи французских поэтов и чудесные романы с действием, происходящим в экзотических странах, я сгораю с героями под тропическим солнцем, упиваюсь роскошью природы и мечтаю, мечтаю, мечтаю… Пусть! Я знаю, что умные, серьезные люди считают меня мыльным пузырем, пусть я мыльный пузырь, но я ведь летаю! Игорь, пишите мне, я жду, жду, жду. Вера».

№ 15

«Петроград, 21 июня [1923 г.]

Здравствуйте, милый Игорь!