Читаем Куколка [СИ] полностью

— Эмоции. Как можно больше подпитки, как можно меньше трат. Никакого разделения силы, — доктор грозно нахмурился, его узловатый палец с аккуратным маникюром взвился в воздух и ткнулся в сторону Ани. — Я рекомендую вам немедленно расстаться с этой рабыней, раз уж она настолько ценна для вас. И переехать на пару недель в реабилитационный центр у озера Иви. Там целый штат из целителей и специально обученных девушек, разработанный комплекс процедур по получению всех возможных эмоций.

— Девушки?! — Ани вздрогнула.

— Да, девушки, — отрезал доктор. — Вы, милочка, всего лишь рабыня и должны понимать свое место. Одна человечка физически неспособна надолго утолить потребность демона в эмоциях. И если бы господин ди Абез так над вами не трясся, вас бы уже не волновали такие мелочи, как другие девушки. Господин ди Абез, я еще раз настаиваю…

— Спасибо, доктор, я услышал. Сейчас нет времени, может быть позже, — Лиар поднялся и потянул ее к выходу. В дверях он обернулся. — Мне бы не хотелось, чтобы мои родители знали об этом визите.

— Это очень неразумно с вашей стороны, — целитель развел руками. — Но когда пациент всеми силами стремится испортить себе здоровье, медицина бессильна. Подпишите у секретаря бумагу, что ознакомились с моими рекомендациями и сознательно отказываетесь от лечения.

* * *

Ани набросилась на него, как только они покинули здание.

— Почему ты не сказал мне?!

— А что бы это изменило?

— Все! — он никогда не видел ее такой. Даже не думал, что его девочка может быть такой. Брови сердито сведены, губы сжаты, глаза метают молнии. — Я бы никогда не стала пить твою кровь…

— Вот именно, — грубовато оборвал ее Лиар. — Пойдем отсюда. Не на улице же это обсуждать.

Она вздрогнула, словно только осознала, где они находятся. И чуть порозовела.

— Прости…

Но надолго ее молчания не хватило.

— И все-таки ты не прав, — снова начала девушка, стоило им миновать площадь Освобождения. — Надо было сказать. Как подумаю, что все это время я отбирала у тебя силы…

— А я?! — с удивившей его самого яростью спросил Лиар. Он резко остановился и повернулся к ней, намереваясь выяснить все до конца. — Обо мне ты подумала? Каково мне знать, что я убиваю тебя, каждым прикосновением?! Видеть, как ты не можешь встать с кровати после моих объятий?! Ты думаешь я такая бездушная скотина, которой все равно, что любимой женщине плохо?!

— Но ведь так и должно быть, — прошептала девушка, глядя на него расширенными зрачками. — Ты для этого и купил рабыню.

— А ты считаешь себя рабыней, — эти слова разозлили его еще больше. — Тогда ты очень плохая рабыня, Аннабель, потому что нихрена не слушаешься.

Она сглотнула.

— Значит, все это время я был для тебя только хозяином? — продолжал Лиар, надвигаясь на нее. Злость не хотела униматься, разгоралась все сильнее, подпитывалась исходящим от девушки упрямством, смешанным с непонятным чувством вины, — Вот как ты меня видишь?

— Нет. Я люблю тебя!

— А я люблю тебя, — он почти прорычал эти слова ей в лицо. — И сделаю все, чтобы ты жила!

Ани опустила голову. Признание, пусть даже брошенное как упрек, не стало для нее новостью. Она знала, что Лиар ее любит. Поступки говорят лучше слов.

И чем его действия отличаются от ее собственных? Разве сама она немногим раньше не решила сгореть пламени чувств? Отдать своему демону всю себя в благодарность за счастье, которое он ей подарил.

Но Лиару даром не нужна такая благодарность.

— Значит, — тихо сказала она, — у нас нет будущего? Нам нельзя вместе?

— Не знаю, — он тяжело выдохнул и привлек ее к себе. — Я что-нибудь придумаю. Должен быть выход.

Вибрация постографа заставила демона прервать тягостный разговор. Он бросил взгляд на экранчик и вдруг преобразился. Глаза вспыхнули азартом, на лице появилась улыбка — не злая, скорее восторженная.

— Это детектив Миллс. У него есть новости. Предлагает встретиться.

— По поводу твоего деда?

— Да, — Лиар поцеловал ее в макушку. — Я пойду.

— Я с тобой.

— Нет, тебе надо вернуться в кофейню.

— Но… — Ани поймала его взгляд и поникла. Она давно научилась чувствовать, когда можно настоять на своем, а когда споры бесполезны. Лиар умел быть жестким.

— Это семейное дело, Куколка. Возвращайся в кофейню. Я расскажу тебе все, что удастся выяснить.

* * *

— Ищешь Кайма ди Саллоса? Зачем?

Поджидавший в офисе детектива незнакомец был молод — на вид не больше двадцати пяти. Темно-русые волосы и подчеркнуто неприметное лицо. Ни красивый, ни урод, ни толстый, ни худой. Никакой. Отвернешься и вспомнить сложно.

С простецкой внешностью спорил взгляд — внимательный и острый, даже пронзительный. Человек не должен так смотреть на демона.

Да, именно человек. Исходившие от мужчины волны настороженности и сдержанного любопытства выдавали расу лучше любых вторичных признаков. Можно наложить чары иллюзии, можно с помощью операции изменить форму ушей или черты лица. Но подделать эмоциональный фон невозможно.

Лаар втянул воздух, одновременно пробуя палитру чувств незнакомца на вкус. Демон внутри восторженно заурчал, словно Флаффи, которому перепал кусок курятины.