Читаем Куколка полностью

Радужный пузырь втянулся в рамку гиперсвязи. Он не спешил погаснуть окончательно. Играл бликами, подмигивал разноцветными блестками, шел полосами – точь-в-точь ненастроенное изображение во время связи с Фарудом.

– …случилось?! Куда вы пропали?!

«А вот и наш друг Фаруд!» – Лючано не слишком удивился. После «экскурсии», организованной Шам-Марг, он отнесся бы спокойно и к взрыву сверхновой. Гипер поймал предыдущую настройку? – бывает. При сбитой внешней антенне? – ну и ладно. Побочный эффект флуктуативной деятельности.

Пустяк, в сравнении с Вечностью.

– Дети скорпиона!

Фаруд бушевал. Казалось, сейчас он раздвинет рамку руками, порвет радужную пленку в клочья и протиснется в рубку собственной разъяренной персоной.

– Я тут места себе не нахожу…

Вехден икнул и умолк на полуслове.

Окаменев, он смотрел на пенетратора. На Нейрама Самангана, который сейчас должен был прозябать в хосписе профессора Мваунгве, ведя растительное существование голубоглазого «овоща». Вместо этого жертва заговора преспокойно расхаживала по рубке корабля, названного в ее честь. Никаких признаков дебильности на лице антиса не наблюдалось. Глаза его вновь были чернее безлунной ночи в пустыне на Михре.

– Нейрам?! Ты?..

Невидимые пальцы стиснули горло вехдена. Из глаз брызнули слезы. Фаруд пытался их сдержать, и не мог. Он рыдал, как дитя. Лицо Сагзи пошло багровыми пятнами. С лица пятна расползлись по всей рамке, густея и растекаясь кровавыми кляксами. Изображение охватил приступ эпилепсии. Фаруд хотел что-то сказать, но пленка с явственным треском лопнула.

Связь оборвалась.

Птица, как и следовало ожидать, пренебрегла хоть появлением, хоть исчезновением Фаруда. Сагзи был ей безразличен. Ее волновал Нейрам.

«Славный каламбур, – оценил маэстро Карл. – Что может волновать волновое существо?»

– Я все сказала. Теперь вы скажите. Врач станет Нейрама исправлять. Врачу скажите. Я здесь сейчас ухожу.

«Овощ» окутался жемчужным ореолом.

– Стойте!!! Вы убиваете нас!

Отчаянный вопль Юлии возымел действие. Тело антиса неохотно сконденсировалось, вернув себе прежний вид.

– Мы никому не сможем ничего рассказать!

– Убиваю? – непонимающе переспросила Шам-Марг. Человеческие интонации давались ей все лучше. Птица быстро училась.

– Да! Вы уйдете из материального тела, Нейрам Саманган тоже перейдет в волновое состояние, не контролируя процесс – и здесь полыхнет так, что никого не останется в живых!

Флуктуация задумалась.

– Вы правы есть, – признала она наконец, с ожиданием уставясь на Юлию. – Выход предлагаете?

Увы, готового ответа у помпилианки не было.

– Нам надо сесть на планету, – первым нашелся Бижан. – Там вы с Нейрамом отойдете от нас подальше…

– Я на планете не вхожу-выхожу. Не мой… моя… стихия? Вещество. Вяжет. Плохо выходить. Не могу.

«Вот тебе и раз! – восхитился Добряк Гишер. – И у птички случаются проблемки? Нам вакуум поперек горла – а им, значит, вещество? Атмосфера? Мотай на ус, дружок…»

– Выйдите из тела в открытом космосе, а не внутри корабля, – предложил гитарист.

– Можно, – согласилась флуктуация. – Я иду.

Шам-Марг шагнула к стене рубки, явно намереваясь пройти насквозь.

– Стойте!!!

Теперь орали все хором.

– Вы в плотном теле через стену не пройдете! Придется уходить в волну!

– Что делать?

Птица выглядела озадаченной. Столько сложностей вокруг простейшего действия: покинуть корпускулярное тело. Кто бы мог подумать?!

– Скафандр, – слабо подал голос с пола забытый всеми барабанщик. – Пусть выйдет наружу в скафандре. И там…

Он сел и заморгал, пытаясь сфокусировать мутный взгляд.

– Точно!

– Молодец, Гив!

– «Браслеты» снимите, что ли? – жалобно попросил барабанщик.

– А за ствол хвататься не станешь?

– Не стану. Ну его, этот ствол. Одни неприятности от него…

– Заль, сними наручники.

– Вы выйдете наружу через шлюз в скафандре, – объяснял птице гитарист, возясь с силовыми «браслетами». – Отлетите подальше от корабля и покинете тело. Скафандр сгорит, ну и дэв с ним! Извини, Гив, что врезал. Тебя иначе не утихомиришь, ты ж знаешь…

– Знаю, – согласился барабанщик. – Ладно, я не в обиде. Но я тебе еще припомню! – непоследовательно добавил он.

– Припоминай. Вот выберемся, и припоминай сколько угодно!

– Господа! – Юлия мастерски выдержала паузу, дождавшись, пока все взгляды обратятся на нее. – Я рада, что мы нашли выход. Но мы забыли о второй нашей проблеме. У нас кончается воздух. Корабль продолжает удаляться от звездной системы. Конечно, мы отправим радиосигнал бедствия. Только успеет ли помощь?

– У вас есть другие идеи? – вежливо осведомился громила-гитарист.

– Есть. Если уважаемая Шам-Марг не откажется, мы могли бы совместить наши интересы.

– А именно?

– Переход антиса из корпускулярного тела в волну и обратно, если проходит без контроля, сопровождается большим выбросом энергии. Я не физик, но энергию можно направить…

Лючано тоже не был физиком. Он был кукольником. Но сообразил первым: очень уж это походило на точечную корректировку действий куклы – расставление своих акцентов в потоке чужой деятельности.