Читаем Куда жить полностью

— О да. Вот, например, в этой американской книжонке всерьез советуется секспартнерам, ежели что не так, устремлять внимание на свежую газетку или журнальчик и углубляться в чтение, ну а там видно будет.

— Замечательная рекомендация. А в работе уже так просто не вывернешься. На что устремлять внимание журналисту, который хочет выдать на гора материал, кроме самого этого материала?

— Так ведь когда вы упираетесь в работу, а она у вас не идет, ваше внимание на самом деле на работу не устремлено. Оно устремлено на себя, на самих вас — «делаю я работу или не делаю»?!

А вам нужно — самозабвение. Понимаете?.. Все внимание — на саму работу, а не на то, как ты ее делаешь!..

— Ваши Эхо-магнит и есть способ самозабвения?

— Ну конечно! Дошло, слава Богу, ура!! — «и пальцы просятся к перу, перо к бумаге… минута, и стихи свободно потекут…» А помните, какой к этому подвод?…

В пушкинском стихе математически точно описан процесс высвобождения творческой спонтанности.

Стопроцентная психологическая грамотность! Гениальная внутренняя свобода!..

— Владимир Львович, произнесите, пожалуйста, вот прямо сейчас нечто самое главное для всех тех, кто мучается безволием, кто считает себя неудачником, кто не может заставить себя работать, кто уже не надеется на милость судьбы, кто плывет по течению…

— Тихо… Заткните уши… Произношу:

ВОЛЯ — ЭТО ПОТОК СВОБОДЫ

Русло необходимости только направляет его. Принцип потока, или, как его называли люди, много раз пытавшиеся поступить в институт и наконец поступившие, «принцип пятьдесят», основан на теории вероятностей. Из пятидесяти попыток сделать безнадежное дело одна, весьма вероятно, случайно удастся, а ежели не удастся, то нужно сделать еще пятьдесят, только и всего, и так далее.

Нескончаемые, неостановимые повторения разнообразных, подчеркиваю — разнообразных попыток — это и есть поток. При таком подходе проблема так называемой воли просто снимается. Неудачи должны быть обязательно, пусть неудач будет много, как можно больше, они могут быть даже правилом, но изо всякого правила есть исключения — это тоже правило, это наиважнейший закон несуществующей науки Фортунологии, из которого и возникают шедевры судьбы!..

— Но ведь…

— Вы хотите сказать: никакой поток не может быть бесконечным, все иссякает…

— Увы, слишком быстро.

— А вы долго тренировались?.. Вы когда-нибудь пробовали научиться жонглировать?..

Не поднимаясь с дивана, психотерапевт протягивает руки к полу, что-то нашаривает…

Затем полуприсаживается и, загадочно улыбаясь, начинает жонглировать своими ботинками. Один ботинок срывается и со стуком падает журналисту прямо на голову.

— Извините, пардон, по теории вероятностей…

Мосле небольшого затемнения был объявленАнтракт с раздачей сладкого

Одно без другого

или откуда есть пошла халЯва вселенскаЯ

Халява, толкует новейший Русско-новорусский словарь (настолько новейший, что еще даже не составлен), — есть безвозмездное пользование чужими трудами с возможностью безвозмездного хамства. Сие в целом понятно и широко у нас практикуется — «халява священна», как любит повторять мой великий собутыльник с одноименной фамилией, философ и стихотворец, создатель жанра ругайя Иван Халявин.

Но вот откуда сам термин пошел, само слово «халява», неподражаемо выразительное и непереводимое?.. Ну конечно, с Востока, откуда и завсегда перло все наше священное и бесплатное. Не знал того и сам Иван Афанасиевич (это имя и отчество моего великого собутыльника), пока ваш покорный слуга, порывшись в суфийских хрониках, не откопал нижеследующую поучительную историю (вольный перевод мой).

Однажды к Ахмеду Ясави,

великому Суфи из Туркестана, пришел человек, имени которого не знал никто, а кличку имевший Тыкхам (что означает «Ругайло» или «Ругатель по жизни»), — и, низко поклонившись, сказал: — О мудрейший! Я желаю учиться, я сгораю от жажды знаний и мудрости, и мне нужен твой высочайший совет. Я хочу учиться без помощи книг и без учителя, который стоял бы между мною и истиной, потому что любой учитель ограничен, корыстен и бренен, а любая книга в сравнении с величием Аллаха пуста и ничтожна.

Помоги мне, о мудрейший!..

Ясави отвечал: