Читаем Кто ты, Кирилл Толмацкий? полностью

– Во всех последних статьях и передачах о Кирилле на обучении в Швейцарии почему-то делается особый акцент. Типа дорого, мажорно, модно. Ну разве что последнее… Да, определенный круг людей, получив финансовые возможности, потащил детей учиться за рубеж. Долгое время заграничное образование было доступно разве что отпрыскам дипломатов и прочей номенклатуры, а тут железный занавес упал и нас прорвало! Если во всем мире молодежь может выбирать любой университет любого континента, чем наши дети хуже? И потом, мы ж там ничего не знали! Хорошо ли преподают, плохо ли, но я логично предполагала, что иностранные языки выучить точно должен. Все было просто. Швейцарию порекомендовали друзья: нам – школу, нас – преподавательскому совету.

На самом деле ничего элитарного там не было. Ребята жили как настоящие скауты: их вывозили в горы, учили жить в условиях дикой природы, преодолевать сложности, быть самостоятельными. Однажды звонит:

– Мам, расскажи быстренько, как готовить борщ!

Еще б не быстренько – тогда мобильные были как холодильник в руке, для уверенного приема люди залазили на дачные хозпостройки, а звонки стоили как крыло Боинга!

– Что рассказать?

– Рецепт! Ну, как борщ варить…

– Зачем тебе, сын? Ты голодный там?

– Мы в горах, я должен приготовить для всех любой русский суп. Предложил борщ. Рассказывай, как варить.

Кстати, от его борща все были в восторге.

Оправить сына в Швейцарию – мое решение. В будущем Кирюша виделся мне блестящим дипломатом.

Плюс хотела ему судьбы мужской, следовательно, самостоятельной, думала, будет гражданином мира, ведь для его поколения, в отличие от моего, это стало возможным. Да, вынуждена признать – мы пытаемся видеть в детях то, что не получилось из нас самих. Но все задатки для осуществления моей мечты в нем были.

Помню, маленьким кричит из двора:

– Мам, меня обижают.

– Дай сдачи!

– Мам, он большой!!!

– Тогда возьми палку и врежь палкой!

Да, хотела, чтобы рос мужик. Тот, кто способен постоять за себя и то, что будет в жизни дорого. Впрочем, волнуешься, конечно. Через пять минут выглядываю во двор – обошлось без палки, ребята на повышенных тонах, но все-таки разговаривают.

Ну чем не будущий дипломат?.. Знаешь, потом самые разные люди мне говорили, что Кирилл – очень интеллигентный и воспитанный собеседник. И это правда.


Невысокому щуплому пареньку псевдоним Децл – чуть-чуть, маленько – подошел как нельзя лучше


В Швейцарском интернате его соседом по комнате оказался чернокожий парень, сын короля Зимбабве, отличавшийся неистовой любовью к хип-хопу и ужасным запахом ботинок. Кирилл пытался уговорить того хотя бы выставлять обувь за дверь, но бесполезно. Как ни смешно, но по рассказам сына, бесконечный рэп раздражал едва ли меньше благоухающих ботинок.

Вот ты спрашиваешь, как началось то субкультурное, что сделало его символом поколения и все такое? А мне вспоминается ерунда всякая.

Первая песня, которую он пел, еще сидя на горшке – это «Автомобили, автомобили вы все шоссе заполонили…», – хит группы «Веселые ребята».

Еще ему ужасно нравилась Катя Семенова, однажды даже объявил нам, что женится на ней, как только вырастет.

– А как же я, сын?

– Мы тебя не бросим, поживешь как-нибудь с нами, – успокаивал Кирюша.

Музыкальные пристрастия были очень обширными. Фанател от Prodigy, а кто от них тогда не фанател? Однажды купила диск с церковными песнопениями, сын послушал и сказал, что это невероятно круто. А некий прообраз хип-хопа случился с ним еще до Швейцарии. Не очень получалось запоминать стихи, да и готовить домашнее задание – штука в принципе скучная. И однажды сын придумал учить стихи под музыку. Ужасно забавно было слушать что-нибудь вроде «Скажи мне дядя, ведь не даром» под «клубняк». «Главное, чтоб ты на уроке не выдал так, как выучил!» – переживала я.

На самом деле, заграничное образование наш бедолага долго не вытерпел. Трех лет не прошло, как запросился домой. Мол, без нас в чужой стране ему страшно одиноко. На то и купил. Спасибо, языки действительно выучил. Хотя бы часть хитроумного родительского замысла относительно Швейцарии реализовал. Да что там… Моего замысла.

Потому что, если я пыталась вылепить условия для формирования идеального дипломата, то Саша, уже достаточно поднаторевший в деле производства артистов и сам мечтавший о развитии на сцене, видел сына в шоу-бизнесе. Тем более, что счастливый случай, о котором все мечтают, конкретно у нас уже произошел.

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературное приложение к женским журналам

Темный кристалл
Темный кристалл

Что такое удача — случайное везение или результат наших действий и поступков? Как обрести счастье — полагаясь на удачу или методом проб и ошибок? Или есть секретный алгоритм, который точно сделает человека счастливым?Настя подходила к жизни рационально, как учил отец: хотела остаться навсегда в Лондоне, а замуж выйти по расчету и обрести спокойное обеспеченное счастье. Но мечты рассыпались в прах. Жених предал, друзей не осталось, шикарная заграничная жизнь не сложилась.Настя твердо решила забыть о рациональности и выйти замуж только по любви. Она вернулась в Россию, стала преуспевающей бизнес-вумен и встретила свою любовь — Михаила. Но счастье оказалось недолгим — Михаил разбился в автокатастрофе. Вот только Настя сомневается, что это несчастный случай. Она подозревает, что мужа убили и готова найти убийцу сама. Только для этого ей надо проникнуть в секретную лабораторию, где работал Михаил…

Елена Викторовна Минькина

Детективы
Кто ты, Кирилл Толмацкий?
Кто ты, Кирилл Толмацкий?

Книга «Кто ты, Кирилл Толмацкий?» – это воспоминания матери знаменитого Децла Ирины Толмацкой, записанные в форме диалога известной журналисткой Еленой Михайлиной. Книга рассказывает о детстве и юности Кирилла, о событиях и впечатлениях, которые повлияли на формирование его личности.Динамично выстроенный диалог с пронзительной откровенностью затрагивает глубоко личные переживания Ирины, ее взаимоотношения сыном, для которого она была не только матерью, но и одним из немногих настоящих друзей, а также вопросы искусства, творчества Кирилла, истории страны в целом.В начале двухтысячных песни Децла гремели на всю страну. Он стал символом своего поколения, но несмотря на то, что феномен Децла известен всем, мало кто знал, каким Кирилл был на самом деле, почему он внезапно пропал с экранов, ушел в андеграунд?Книга содержит уникальную, нигде ранее не публиковавшуюся информацию. В воспоминаниях родных и близких разворачивается внутренний портрет героя – ранимого мечтателя, современного рыцаря, призывавшего людей любить ближнего, не ожидая ничего взамен.Децл – один из немногих исполнителей на российской сцене, кто не польстился на легкую славу и деньги, сумел сохранить свой внутренний стержень, до конца остался верен своей философии, невзирая на цену, которую пришлось за это заплатить. Его позднее творчество – то, что людям еще предстоит открыть, а книга «Кто ты, Кирилл Толмацкий?» содержит ключи к понимаю заложенных в нем смыслов.

Ирина Толмацкая , Елена Михайлина , Ирина А. Толмацкая

Биографии и Мемуары / Музыка / Документальное
Окно в душу, или Как мы вместе искали рай
Окно в душу, или Как мы вместе искали рай

Проходить сквозь стены и путешество-вать во времени – это сказки или нереализованные возможности человека? Умение переломить ситуацию, когда кажется, что выхода нет – это иллюзия или желание действовать? Жить в чужом теле и чужой жизнью – это игры сна или трудно принимаемая реальность?Татьяна устала бороться с болезнью. Чтобы не травмировать близких, она улетела на побережье океана, сняла квартиру и стала просто жить. Встреча с Джеком помогла ей многое понять. Она восхищается его мужеством, ведь он инвалид, но живёт полноценной жизнью. Татьяна настолько ему доверяет, что рассказывает о странно-стях, которые творятся в ее квартире: из шкафа в спальне слышны чьи-то голоса, ночью она ощущает чье-то присутствие… Вместе они решают поверить, что происходит, и попадают в другое время. Там у них все другое: другое тело, другое лицо, другая профессия…

Юлия Витальевна Шилова

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное