Читаем Кто ты, Эрна? полностью

Тёть-Елена сама собрала в пакет коробки «со вкусняшками». Потом я быстро пробил свои продукты, догнал пятнистого в три прыжка, на выходе из магаза. Он шаркал, еле передвигая ноги. Мне и в голову не пришло, что может быть подстава. Я как заворожённый смотрел на карман. Я знал, что на выходе в этом месте камера ничего не покажет. Справа и слева у стен расположились закутка «ремонта обуви» и «ремонта одежды», и ещё закуток-цветочный магазин. Там стояли люди. Также люди входили и выходили из магазина. Помню, я думал только об одном, когда догонял его: как бы кто-нибудь меня не опередил. Такая лёгкая добыча, ведь, такая не рисковая. И я быстро цапнул я пристроился за пятнистым и цапнул бумажник одним быстрым лёгким рывком. Молниеносно! Пятнистый не обернулся. Не оглядываясь, ничего не заметил, он брёл и брёл от дверей магаза… Но! Когда я цапал бумажник, мои пальцы скользнули по брюкам, внутри кармана, и под брюками было как-то пусто. Я запомнил мимолетное, микросекундное удивление, зафиксировал его и после стал чувствовать какое-то волнение, ну такого плана, как тогда, когда я смотрел передачу о «Тип-топе» и себя в ней не видел, такую стал чувствовать непонятку, что ли. И с этого момента волнение не проходило, но сначала я не разобрался, принял его за адреналин, драйв, азарт… Короче, хватанул я бумажник, обогнал свою пятнистую жертву и пошёл вперёд быстро, не оглядываясь. Бумажник был у меня в кармане штанов. Я держал в кармане руку, пытаясь понять на ощупь сколько денег. Денег было много. Я радовался. Я был доволен собой, такой щеголь-щипок. Сделал всё быстро, аккуратно. Мужик — реал идиот. Класть бумажник в задний карман. И брюки так висят на нём, а по виду брюк — вроде не худой, не сказал бы, что брюки на нём висели, сколе наоборот: в обтяжку. И тут я зафиксировал непонятку: под брюками — пространство, пустота, а по виду — в облипку. Но тогда я отмахнулся от непонятки, перешёл улицу, хотел дотянуть до дома, но выдержал только до школы. Я скрылся во дворе, за оградой — калитка была приоткрыта, всё-таки август, школы начинали работать. Я обернулся: нет ли преследования. Не было. Я достал бумажник и открыл его. Денег не было. Вместо денег лежали какие-то бумажки с нарисованными зверями, завитушками, ромбиками и ветками, я не стал разглядывать, но заметил, что ветки на этих бумажках были такие же, как на ограде, которая до последнего времени огораживала котлован болотце, предшественник облагороженного пруда. Но я точно помнил, что деньги в магазе были, я видел их своими глазами, когда кассирша вынимала пятисотку! Я же заглянул в бумажник. Хорошо: пусть денег не было, пусть всё остальноё были эти непутёвые бумажки по размеру и на ощупь один в один как деньги, но ведь была сдача в стольник. Я видел, как купюру клали в бумажник. Видел своими глазами! Где стольник-то? Не было. Я развернулся и побежал обратно. Надо найти пятнистого и вернуть ему бумажник. Скажу: выпал, я подобрал, наплету что-нибудь. В тот момент у меня почему-то не возникло мысли просто выбросить эту чёртову улику. Я запыхался. Впервые в жизни пожалел, что пока только собираюсь бегать в секции. Обязательно пойду в сентябре.

Пятнистый не мог далеко уйти. Лишь бы избавится от этого кошелька! Он в буквальном смысле жёг мне руки, а может и совесть… Так и есть. Пятнистый далеко не уполз, плёлся себе еле-еле. Подходил к переходу. Конечно же он направил свои копыта на пруды-своё любимое место времяпровождения. Я перебежал дорогу в неположенном месте, машина резко затармозила, в спину мне послышался мат. Ничего, не привыкать. Лишь бы догнать пятнистого! Побежал вверх по улице, к переходу… Я встал на переходе, чтобы перейти улицу, рядом ещё встали люди. Наконец толпа двинулась. Светофора не было, просто все стояли и ждали, когда пробегут машины, протрясутся маршрутки. И вот — пошли толпой. Пока переходили улицу, я сунул пятнистому бумажник обратно в карман, и тут меня толкнул на пятнистого какой-то ещё мужик. Наверное, он перебегал дорогу, торопился перейти со всеми, нёсся по инерции — мы-то уже были у тротуара, и мужик случайно задел меня на всех парах, толкнул. Я как раз положил бумажник обратно. Но от внешнего толчка рукой достаточно плотно дотронулся до пятнистого. Но я не наткнулся на твёрдое, на человеческое тело, то есть. Под одеждой было что-то мягкое. Точнее я не мог определить. Я пошёл вперёд, а пятнистый свернул налево, к пруду. Он тащил пакет со сладким, сладкоежка без тела…