Читаем Кто ты, Эрна? полностью

Перед началом учебного года я думал не об экзамене по английскому. Экзамен-то я сдам, всё-таки три раза в неделю я зубрил слова, заполнял тетради на печатной основе, ставил галочки в проверочных тестах, плюс аудирование, плюс пересказы. Английский мне теперь казался проще русского. Пересказы не будут спрашивать. Самое элементарное — так обещала директор маме. В общем, не думал я об экзамене. Я думал о Катюше. Я решил подарить ей что-нибудь на Первое сентября. Змейку, кулон с совой — она фанатела от Гарри Поттера, я это уже упоминал. Хотелось серебряное, не железное. Я экономил деньги, я нашёл по интернету такие фенечки-наборы, ну в общем это не важно. А важно то, что я как-то был в супермаркете один и встретил опять этого пятнистого. Я зашёл в магазин после работы. Лёха и Влад задержались на прудах. Они выпили пива в недавно открывшемся кафе, разомлели и легли там под кустом. А я пошёл в магазин. Что я дурак пиво покупать в кафе. Да я и не пью вообще-то. Вообще-то пить вредно. Для почек и вообще для мозгов. И вот в магазе снова этот пятнистый. Меня так и подмывало встать за ним в очередь, привычка — вторая натура, тем более, если добыча лёгкая. Я взял свои сухарики, колу, чипсы, стал выжидать. Этот перец набрал разных вкусностей, очень долго он копался между мармеладно-зефирными полками. Я его пас. Движения его были неумелые, резкие. Наконец он набрал коробок, неуклюже, как работ, бросил коробки в тележку и покатил тележку к кассе. Тележка подскакивала на выбоинах керамогранита. Я — за ним. Пятнистый был в жилетке, а не как обычно в куртке. Жилетка короче куртки, при движении пятнистого был виден ремень. Ремень был знатный, плетёный, я такого ремня и не видел никогда. Пятнистый наклонялся, выкладывал на ленту коробки. И я просто засмотрелся на этот ремень. Такая кожа, как будто ковбойская. Прочная, наверное, телячья, я люблю ковбойские вещи, замшу, кожу… Задний карман брюк у пятнистого был оттопырен. Из него буквально выглядывал и подмигивал мне бумажник. Бумажник манил. Но я запретил себе тащить сейчас. Потому что видеонаблюдение у касс, и потом карман был застёгнут на пуговицу. Это ж надо ещё аккуратно отщипнуть пуговицу… Проблемка. Кассирша, тётя Лена Ерёмина, папина знакомая, по школе, по детству — совершенно точно она не в первый раз видела пятнистого. Она улыбнулась ему и спросила:

— Опять доверяете?

Он кивнул, вздохнул, что-то ей прошептал, встал к ней спиной, она перегнулась через бортик своего закутка, расстегнула пуговицу, достала бумажник, открыла, взяла купюру, взяла мелочь, комментируя:

— Вот беру пятисотку, и мелочи двадцать два рубля вот спасибо за мелочь, под конец дня все с крупными идут. Стольник вам сдачи. Вот кладу.

Пятнистый кивал, смотрел, благодарил, опять повернулся спиной и тёть-Елене, положила бумажник обратно:

— Ой пуговицу не застегнула!

— Не надо! — сказал он внятно и чётко, и… тяжело вздохнул, будто он купил сейчас мешок муки и мешок сахару, и ему это всё на себе придётся тащить.