В Варшаве заседал сейм, но переругался между собой. Депутаты оскорбляли друг друга, обвиняли Круковецкого и правительство в измене. А русская армия в ночь на 26 августа, как раз в годовщину Бородинской битвы, тремя колоннами стала выдвигаться для нового штурма. Поляки выплеснулись в общую контратаку – их расстреляли картечью. И следом наши полки с музыкой ринулись вперед. Дрались опять жестоко, даже Паскевич был ранен в руку, но и второй линией укреплений овладели. После этого появился парламентер от Круковского, передавшего, что он получил полномочия на подписание капитуляции.

В город отправился генерал Берг, принявший этот акт. Но сейм его не утвердил, принялся спорить об условиях. Тогда Круковский махнул рукой на грызущихся депутатов. Сказал, чтобы сами спасали Варшаву, «а мое дело – спасти армию». Он собрал оставшиеся 32 тысячи солдат и увел из города за Вислу. Хотя спорить-то было уже не о чем. Варшава открыла ворота, следующим утром в нее вступили русские. Паскевич доложил Николаю: «Варшава у ног Вашего Величества». Гонца, чтобы вручить эту реляцию, он выбрал символического, ее доставил в Петербург Александр Суворов, внук непобедимого полководца. Паскевич за эту победу получил титул князя Варшавского, был назначен наместником Польши.

А остатки войск Круковецкого, рассыпаясь в беспорядке, ушли в Пруссию, где были разоружены. Конница предпочла спасаться в Галиции и сдаться австрийцам. Последними держались крепости, так легкомысленно сданные без боя Константином Павловичем, – Модлин и Замостье. Но помощи ждать им было больше неоткуда. Модлин капитулировал в конце сентября, Замостье – в октябре. В своем Манифесте царь объявил: «Возженная изменой война прекратилась».

ГЛАВА 21. ФИНАЛ БУКЕТА ЗАГОВОРОВ – С ИСТОРИЧЕСКИМ МНОГОТОЧИЕМ…

Польские революционеры были полноправными соучастниками целого букета заговоров, обычно именуемых «декабристскими», и готовившихся взорвать Россию, обрушить ее в хаос. И третий, польский акт подавления этих гнойников стал самым жестоким и кровавым. Потери самих поляков составили около 40 тысяч убитых и раненых, русских – 23 тысячи (вместе с ранеными).

Однако Николай I отнесся к побежденным очень милостиво. Можно даже сказать – с редкой, исключительной милостью. Не было массовых репрессий, не назначались контрибуции. Пленных, взятых в боях, с оружием в руках, распределяли служить по русским войскам. Капитулировавшие части распускали, солдат по домам, офицерам царь велел свободно давать паспорта для выезда за границу. Арестовали только политических противников, заправлявших в руководстве восстания, редакторов революционных газет и журналов. Но и они вскоре очутились за рубежом.

Царское правительство закупило на Украине огромные гурты скота, направило в Польшу запасы хлеба. Нуждающимся раздавали продовольствие безвозмездно, голода в разоренной стране не допустили. Мирные граждане, сохранившие верность царю или хотя бы нейтралитет, не участвовавшие в мятеже, получали компенсации за утраченное в войне имущество, для этого из казны были выделены солидные средства. Но саму Польшу за коварство и неблагодарность Николай наказал.

Название царства Польского было сохранено, но конституцию царь упразднил, вместо нее издал Органический статут. Польша признавалась нераздельной частью Российского государства, лишалась сейма, отдельной армии и валюты. Вместо воеводств учреждались обычные губернии, как в России. Не ценили дарованную автономию, ее и не стало – сами виноваты. В Варшаве была построена цитадель на 6 тысяч солдат. На краю города, чтобы держать его под контролем. На охрану польской границы были выдвинуты казачьи полки. Варшавский и Виленский университеты, превратившиеся в эпицентры революционной заразы, были закрыты. Упразднили и польскую кадетскую школу, ее воспитанников перевели в российские кадетские корпуса.

Подавление восстания в Польше способствовало стабилизации и по всей Европе. Пожар отсюда не смог распространиться на польские области в Пруссии, на австрийские Галицию и Венгрию. После этого притихли и немецкие, итальянские революционеры. Хотя в международных закулисных игрищах мятеж в Польше выполнил определенную роль. Отвлек на себя русские войска, срывая поход на Бельгию. Впрочем, этот поход все равно не состоялся бы, даже без восстания!