Читаем Кто поставил Горбачева? полностью

Когда Ю. М. Чурбанов появился на даче, Ю. В. Андропова он уже не застал и о том, что происходило до этого, узнал от тещи. От нее же ему стало известно и об изъятии «бронированного портфеля» «со сложными шифрами»[966].

Со ссылкой на «людей, близких к семье Брежнева» журналист Ю. Изюмов тоже сообщает, что когда Ю. В. Андропов прибыл на дачу, то «никому ни слова не говоря, он прошел в спальню, взял там небольшой черный чемодан и уехал… На вопрос о том, что было в чемодане, Виктория Петровна ответить не могла. Леонид Ильич ей говорил, что в нем «компромат на всех членов Политбюро», но говорил со смехом, как бы шутя»[967].

Хотя данный эпизод давно уже известен в литературе, никто пока не задумался над вопросом: а могли кто-нибудь забрать этот портфель до того, как врачи официально констатировали смерть генсека? Ответ на этот вопрос может быть только один: нет.

Следовательно, забрав «бронированный портфель», Ю. В. Андропов тем самым независимо от врачей констатировал смерть Л. И. Брежнева. Более того, если верить Е. И. Чазову, покидая дачу, он сказал ему: «Надо срочно собирать пленум ЦК»[968].

Таким образом Ю. В. Андропов, по сути дела, дал понять, что о действительной борьбе за жизнь Л. И. Брежнева не может быть и речи.

И хотя, по свидетельству В. Немушкова, «Брежнева пытались спасти всеми доступными способами: делали в сердечную мышцу укол адреналина, применяли электрошок»[969], независимо от того, могли эти средства дать положительный результат или же нет (когда-нибудь на этот вопрос ответят медики), смертельный приговор Л. И. Брежневу уже был вынесен.

Поскольку Ю. В. Андропов уехал сразу же после прибытия реанимационной машины, это произошло около 9.30. По имеющимся данным, из Заречья он поспешил на Старую площадь[970], где мог быть примерно в 10.00.

О. Сторонов утверждает, что как только Л. И. Брежнев был обнаружен неподвижным, В. А. Собаченков известил о случившемся не только Е. И. Чазова и Ю. В. Андропова, но и A. A. Громыко[971]. Виктор Немушков вместо A. A. Громыко называет в этом ряду Д. Ф. Устинова[972]. Можно понять, почему охрана поставила в известность о случившемся Е. И. Чазова. Маловероятно, чтобы одновременно с ним был уведомлен Ю. В. Андропов. И совершенно невероятно, чтобы этой чести были удостоены A. A. Громыко и Ф. Д. Устинов.

В действительности, по свидетельству A. A. Громыко, о смерти Л. И. Брежнева его поставил в известность Ю. В. Андропов: «Рано утром 10 ноября 1982 года мне позвонил Андропов и сообщил: «Леонид Ильич Брежнев только что скончался»[973].

По свидетельству О. Гриневского, 10 ноября на 11.00 в МИДе была назначена встреча с A. A. Громыко. Однако когда он явился к этому времени, министра иностранных дел на своем рабочем месте не застал. Оказалось, что «Громыко неожиданно уехал к Андропову в ЦК… Говорили, что туда же в ЦК срочно выехал и Устинов. Зачем, никто не знал»[974].

Встретившись с Ю. В. Андроповым, A. A. Громыко и Д. Ф. Устинов отправились в Заречье, куда они, по всей видимости, прибыли около 10.30. Со ссылкой на «людей, близких к семье Брежнева» уже упоминавшийся журналист Ю. Изюмов сообщает, что в тот день Ю. В. Андропов был на даче в Заречье дважды: сначала забрал «черный чемоданчик». «А затем официально явился во второй раз, как будто здесь и не был»[975].

О. Сторонов вспоминает, как Ю. В. Андропов, A. A. Громыко и Д. Ф. Устинов вошли в спальню Л. И. Брежнева, как «стояли над телом Леонида Ильича и обсуждали, кому теперь руководить страной. Дмитрий Федорович предложил кандидатуру Андропова. Возражений ни у кого не было»[976].

Во время этого исторического разговора Л. И. Брежневу еще продолжали делать искусственное дыхание, и О. А. Сторонов слышал все это, так как находился «у тела Леонида Ильича»[977].

Только после того, как Ю. В. Андропов, A. A. Громыко и Д. Ф. Устинов покинули спальню, врачи прекратили борьбу за жизнь Леонида Ильича и констатировали смерть. Таким образом, смерть Л. И. Брежнева была констатирована не ранее 10.30. Однако в сообщении о смерти и в медицинском заключении она была сдвинута, как минимум, на два часа раньше.

Только после этого Викторию Петровну пустили в спальню. «Дали посидеть с ним, а затем говорят: «Больше нельзя, пока не совсем застыл, надо получить анализы». Потом врач тихо сказал мне на ухо, что лопнул сосуд»[978].

После того, как Виктория Петровна и другие находившиеся в Заречье родственники Л. И. Брежнева простились с ним, тело покойного было отправлено в морг. «Тело в морг, – пишет В. Т. Медведев, – я повез сам. Последний раз – один на один. Машину раскачивало, ноги и руки развязались, я всю дорогу пытался их соединить и думал, как все ничтожно перед смертью, был ты первым, а вот теперь умер и не нужен никому»[979].