Читаем Кто поставил Горбачева? полностью

«Анатолий Громыко, – рассказывал А. Н. Яковлев, – получив от меня это устное послание, отправился к отцу, а через некоторое время позвонил мне и сказал: «Все в порядке. Все понято правильно. Как вы думаете, не пора ли им встретиться с глазу на глаз?». Сообщая, что он поддержал эту идею, Александр Николаевич отмечал: «Мне известно, что такая встреча состоялась. Судя по дальнейшим событиям, они обо всем договорились»[2696].

A. A. Громыко, хотя и оставил воспоминания, но ни словом не обмолвился ни об упомянутой встрече, ни о самом факте подобных переговоров с М. С. Горбачевым. В отличие от него Михаил Сергеевич упоминает в своих мемуарах эти переговоры, но умалчивает о встрече с A. A. Громыко[2697].

Эти переговоры давно привлекли к себе внимание. Однако до сих пор остается открытым вопрос об их хронологии.

Если воспоминания А. Н. Яковлева не содержат никаких сведений на этот счет, то из воспоминаний Анатолия Громыко прежде всего явствует, что переговоры имели место зимой 1984/85 г.[2698] после смерти маршала Д. Ф. Устинова[2699], т. е. после 20 декабря.

При этом Анатолий Андреевич сообщает, что его первая встреча с А. Н. Яковлевым состоялась «в один из последних февральских дней 1985 г.», а предшествовавшая этому вторая встреча с отцом (после обращения Е. М. Примакова) – в субботу. Исходя из того, что в феврале 1985 г. последняя суббота приходилась на 23-е число, обращение Е. М. Примакова к Анатолию Громыко могло иметь место не ранее понедельника 18 – не позднее пятницы 22 февраля.

В связи с этим следует вспомнить, что именно в это время (между 17 и 24 февраля), по свидетельству Е. И. Чазова, в состоянии здоровья генсека произошло ухудшение[2700].

Не позднее 22 февраля Анатолий Андреевич передал отцу предложение Е. М. Примакова, и в субботу 23 февраля состоялось его обсуждение. По свидетельству Анатолия Громыко, расставаясь с ним в тот вечер, Андрей Андреевич сказал: «Жду тебя дня через два-три»[2701], т. е. во вторник 26-го или же в среду 27-го.

Однако ни во вторник, ни в среду они встретиться не могли, так как в понедельник 25 февраля A. A. Громыко отправился в Италию[2702]. 26-го он встречался здесь с премьер-министром Б. Кракси[2703], а 27-го с президентом Пертини[2704], 28-го из Рима отправился в Мадрид[2705],1 марта вел переговоры в Испании[2706] и только в субботу 2-го вернулся в Москву[2707].

Самое вероятное, что в понедельник 25-го Анатолий Громыко имел новый разговор с Е. М. Примаковым и именно тогда последний посетил А. Н. Яковлева. В таком случае Анатолий Андреевич мог встретиться с Александром Николаевичем не ранее 26-го[2708], проинформировать отца о результатах этих переговоров – не ранее воскресенья 3 марта и не ранее понедельника 4 марта поставить А. Н. Яковлева в известность о том, что договоренность принята.

После того, как между A. A. Громыко и М. С. Горбачевым, пишет A. C. Грачев, был установлен контакт, «вопрос об избрании будущего генсека можно было считать подготовленным для внесения в Политбюро. Оставалось вынести генсека нынешнего – эту миссию доверили природе»[2709].

Таким образом, в последних числах февраля – начале марта с благословения КГБ СССР, а может быть, администрации США и Трехсторонней комиссии между М. С. Горбачевым и А. А. Громыко был заключен союз. Михаил Сергеевич был настолько уверен в его прочности, что дал понять о нем в одном из разговоров с Е. И. Чазовым.

«Однажды, когда зашел разговор о позиции, которую может при выборе Генерального секретаря занять А. Громыко, скептически относившийся к Горбачеву, – пишет Е. И. Чазов, – Михаил Сергеевич заметил, что у него есть возможность договориться»[2710].

Это означает, что в конце февраля – начале марта М. С. Горбачев встречался с главным кремлевским врачом. И они обсуждали с ним не только состояние здоровья К. У. Черненко, но и вопрос о возможном его преемнике.

Интересно, что 28 февраля издававшая в Париже «Русская мысль» сообщила, что по ее сведениям, A. A. Громыко выбыл из борьбы за кресло генсека, на которое претендуют Гришин, Горбачев и Романов[2711].

Откуда у нее были эти сведения, мы не знаем. Но можно отметить, что главный акционер этой газеты Серафим Николаевич Милорадович не только был масоном[2712], но и находился на службе в ЦРУ[2713]. С ЦРУ была связана и главный редактор этой газеты Ирина Алексеевна Альберти (Иловайская)[2714].

В связи с этим следует иметь в виду, что в Москве в тайну рассмотренных переговоров были посвящены только семь человек: М. С. Горбачев, А. А. Громыко и его сын Анатолий, В. А. Крючков, Е. М. Примаков, В. М. Чебриков и А. Н. Яковлев.

Со временем будет установлено, от кого из этих семи лиц произошла утечка информации.