Читаем Ксюха полностью

Они вышли на крыльцо. Рассвет торопил. Воздух был чист и прохладен. Наполнив канистры водой и забрав овощи, вернулись в лагерь. Дежурили Андрей с Иваном. Завидев возвращающуюся группу, они поднялись. Выслушав с железным спокойствием возбуждённый рассказ Петьки, не показывая своего заинтересованного вида, кивнули. Глаза у обоих горели яркими огоньками. Уловив нажим Петьки и уточнение Валеры на безногом монахе и брате с сестрой, они оба подумали о Каппеле и о Алексее с Марией. Если всё это не игра случайностей, то выходило что девочка ими спасённая прямой потомок дома Романовых. Знает ли она об этом? Скорее всего, нет… Опустив глаза в землю, чтоб не горели костром, Иван велел всем ложиться. Настю отправил в свою палатку, но Петька, пропустив это мимо ушей, увёл девчонку с собой. Андрей, глядя им в след, развёл руками. "Пацан запал. Первое чувство сумасшедшее, лучше не мешать". Сдвинув головы, они долго шептались.

— Вот шельмец, — стукнул себя по колену Андрей пересмеиваясь с Иваном. — Послушай, а ведь мы, бьюсь об заклад, сейчас оба с тобой подумали о Каппеле.

— Похоже, в точку угодили. Прямо скажу попадание снайперское. Такое совпадение возможно, но мало вероятно.

— Получается Каппель не погиб. Он умный малый, понимал, что война проиграна. На унижение к японцам он, как и Колчак, не пойдёт. Опять же без ног какой он вояка? К тому же, кому нужен? Но вот выполнить волю Колчака и сберечь золото и наследников для России, он может. Эх, по кофейку бы сейчас горяченького или по глоточку коньяка. Рискнём Иван?

— Я тебе рискну. Бесовское болото, возможно, так и было. Но если это тот Каппель, то всё продумано до фокуса. Он азартный малый и с головой.

— Полагаешь, возможны сюрпризы?

— Угу.

— Но как спаслись дети?

— Думаю всё просто. Алексея не было с ними. Когда их похищение Яковлевым сорвалось, и он был вынужден завезти их в Ипатьевский дом, Алексея и Марии с семьёй не было. Ребёнок болел. По совету Яковлева его оставили. Присматривать за ним и, чтоб не скучал осталась в роли служанки Мария.

— Ты хочешь сказать, что под видом Марии поехал кто-то другой.

— Скорее всего так.

— А дальше?

— Думаю: проще не бывает. Около них остались люди Яковлева. Ведь он всю охрану заменил на свою. Всё, получив сигнал они забрав детей исчезли.

— Отчего же никто не поднял шум?

— А кому он нужен-то… Расстреляли всех и дело с концом. Опять же, если расстреляли, а не тайно спроводили всех в скиты.

Утром после скорого завтрака, свернув лагерь, отправились за Настей. Она вела к новому месту стоянки, указанному сестрой. Небо над лапастыми соснами было ясно-голубым. Охотник шёл последним, маскируя отход. Она отвела в расщелину уходящую в скалу. В неспокойные времена семья отсиживалась тут. Тайное пристанище берегли в семье и чужим про его нахождение не болтали. Шли молча, гуськом. Узкий ход по мере углубления расширяется переходя в каскад пещер. В одной из них бил чистейший родник, вода печально булькала, уходила между камнями куда-то под землю.

— А змей тут нет? — осветив фонарём новое место под лагерь огляделась Юлька.

— Нет, — усмехнулась Настя. — За это можете быть спокойны.

Петька сразу пролазил по всем углам. В одной из пещер нашёл истлевшее тряпьё. Поманил Ивана и, выхватив из кучи палкой тряпку, показал ему, направив свет на то, что осталось от шинели.

— С погонами. Колчаковских времён одёжка. Мы точно попали в цель.

— Глаза потуши и рот закрой.

— Ладно, — потупился паренёк. — Интересно кто они были, чьего рода?

— Наверное, этого никогда мы так и не узнаем, да и кому это сейчас надо…

— Может ты прав.

— Позови Настю.

Он, сорвавшись с места, умчал. Иван и оглянуться не успел, как паренёк появился вместе с девушкой.

— Настя, а церковь запирается? — взял Иван девушку под локоть.

— Нет, у нас ничего не запирается. А вы что воровать иконы хотите?

— Глупость какая. Мы разве на негодяев похожи. Просто нам надо ознакомиться с верой, бытом и жизнью староверов, изучить, сфотографировать…

Девушка не доверчиво смотрела на него.

— Успокойся и слушай внимательно, я попробую объяснить ещё раз. У вас совершенно иной расклад жизни нежели у староверов за Уралом. Там всё уже затухло. А тут живут, как будто другой жизни нет. Вы суровее и замкнутее. Нам бы хотелось знать: чьи вы потомки, кто был первый основатель этого скита? Хочешь, пойдём с нами…

Девушка кивнула. Она пойдёт. Потупившись, спросила:

— Я могу вернуться к Оксане и Гали?

— Сию минуту… Скажи, а где похоронена тётка?

— Лежит в нашем монастыре. Там и её брат, мой прадед. Дед тоже и мама. Вроде склепа там. Говорят: безногий монах распорядился.

— Как их имена?

— Кого?

— Тех с кого ваш род в этом скиту начался?

— Мария и Алексей.

— Спасибо Настя, иди…

В каменном мешке, конечно не до романтики под звёздным вольным небом, но решили устраиваться. Аккуратно, отойдя подальше, нарубили пушистых веток для постели. Я, поманив Ивана, спустилась к реке помыться. Вода холоднючая. Прозрачная, как слеза. Ещё бы такое течение, аж катает по мелкому дну камни. Наверное, поэтому они такие круглые и гладкие. Иван кивает: