Читаем Ксенофоб полностью

– Опознание – это приговор, – уперся я. – Большая ответственность. Можешь меня убить, но пока не буду уверен на все сто, что это точно он, буду говорить – «похож». Тебе что важнее: поломать первого попавшегося похожего, или найти реального гада?

– Ладно, – буркнул Федя. – Потерпим. Если это не он...

– Мммм... – выдал из-под мешка пленник. – Мммм!!!

– Да заткнись ты, чучело! – Федя от души саданул его локтем в бок. – Если ты – не ты, я тебя все равно грохну. Зря, что ли, из-за тебя столько времени потратили?

Филину позвонили:

– Слушаю? Да, едем. Далеко не убегай, так и держи. Мы там на минуту встанем, воды возьмем. Все, давай...

Вот теперь мы точно – поехали, по Сплошной Азиатской по направлению к МКАД.

Минут через пять Филин позвонил Арсену с «серого» телефона и поздравил с победой в гонке. Поздравлять было с чем: главный приз гонки – жизнь сына.

После этого мои спутники принудили меня к покупке воды. То есть Филин остановил машину у ларька и сказал, что нам нужна вода, а Федя покровительственно хлопнул меня по плечу и разрешил:

– Давай – только быстро.

Я не стал возмущаться, вышел и купил двухлитровую бутылку воды. И подумал: у нас никогда не будет подлинной демократии. Опытные командуют, сильные помыкают слабыми. Вывод? Надо качаться и набираться опыта. А уже потом устроить всем кузькину мать и прочие виды сексуального досуга.

Потом мы пообщались: недолго, но задушевно.

– Мне кажется, надо было как-то намекнуть хунхузам, чтоб помалкивали...

– А на фига, по-твоему, я им вашу тачку отдал?

– «Нашу»?

– Да, вашу. Ваш трофей. Теперь они в доле. Будут молчать.

– А если бы мы не отказались от тачки?

– Нет.

– Что значит – «нет»?

– Вы не такие.

– Ага... А какие мы?

– Ну, короче, вы в этом плане «целки». За версту видно.

– Ну, спасибо!

– Да ничего, берите еще. Это ж не в обиду. Вы нормальные пацаны, вне всяких «тем» и прочей мути. С «людьми» не «работаете», никого не знаете. Вы бы с этой тачкой моментально влетели в историю. И вы прекрасно понимаете это.

– А зачем тогда спрашивал? – пробурчал Федя сзади.

– Да так, для «отметиться». Чтоб не возмущались потом: зачем отдал нашу добычу?

– Ясно...

– Теперь у меня вопрос, – перехватил инициативу Филин. – Не расскажете немного о ваших подружках?

– Это его подружки, – хмыкнул Федя. – Он у нас такой коммуникабельный: убивать будут – обязательно познакомится с киллером.

– Понимаешь, так получилось...

Я вкратце объяснил, как именно это получилось – при этом меня не покидало чувство неловкости и предвкушение какого-то подвоха, таящегося в этом, вроде бы безобидном вопросе.

Я уже успел привыкнуть к манере Филина. Возможно, с близкими людьми он ведет себя иначе, но мы для него чужие. В общем он ничего не спрашивает просто так – бесцельно. У него все вопросы с подтекстом.

– Да уж... – выслушав, резюмировал Филин. – Угробили девок.

– Это точно, – я украдкой перевел дух – вроде пронесло. – Я бы этих скотов, что в общагах шакалят – повзводно вешал!

– Это ты, скот, в общагах шакалишь? – подхватил Федя, традиционно угощая пленника локтем в бок.

– Ммм! – ворохнулся пленный. – Мммм!!!

– Скоты здесь ни при чем, – в голосе Филина прозвучала едва уловимая нотка сожаления. – Девок угробили вы.

– Мы?! – в один голос воскликнули мы с Федей.

– Вы. Оба. Один – неуместной рыцарственностью, второй – гнилыми базарами и тупиковыми идеями.

– Не понял... – обескуражено пробормотал я. – А подробнее?

– Пинка под ж..., наступить на голову, рявкнуть в ухо: «Еще кто-нибудь был»?! Если – «да»: «где он»?! И все. И бегом оттуда сваливать. Это операция. Надо было все делать в секунды. Никаких базаров на кухне. Никаких интриг и грандиозных планов. Никаких совместных променадов по лестнице. И мне не пришлось бы устраивать брифинг с соседями... Итог: вы подставили себя и угробили девок.

– Да ладно, сразу – «угробили»!

– Угробили. Очень скоро их подтянут по существу вопроса. Они начнут врать и сразу же попадутся. Короче, не думаю, что они доживут до утра.

– При всем уважении, Филин: по-моему, ты драматизируешь.

– Согласен, – поддержал меня Федя. – Девчата смышленые, выкрутятся...

– Спорить не буду, – свернул полемику Филин. – Просто я давно работаю с этими особями. И знаю, на что они способны...

* * *

Минут через двадцать Филину позвонили.

– Слушаю... Угу... Думаешь, надолго? Хорошо, понял...

Филин остановил машину, включил фонарик и с минуту изучал карту.

Мы уже были за МКАД, в каком-то промышленном районе. Я осмотрелся, пытаясь определиться, где мы находимся. И не определился. Это была промзона, а что за предприятие – сказать не могу, никогда не бывал ранее в этих местах. Заборы, ангары, массивные корпуса цехов и силуэты кранов с габаритными огоньками – за тускло освещенным полотном шоссе все это сливалось в монолитный сюротехнологический массив, очень экономно подсвеченный редкими фонарями, так что определить навскидку, что именно здесь за производство, не представлялось возможным.

Филин закончил работать с картой, мы сдали назад и свернули на узкую дорогу, убегавшую куда-то вдоль высоченного забора.

– А-а-а! – осенило меня. – Так у нас впереди наблюдатели едут?