Голды погоревали, подергались, посовещались и обратились ко мне — за консультацией и активной помощью. Я забрался через сеть в кадры маринистов и пароходства ц сразу выяснил, что здесь и там фигурируют важные шишки по фамилии Горчак. Подумать только, какое совпадение: есть московский Горчак, отечественный, и есть одесский Горчак, зарубежный; итого два Горчака — пара, а длинноногие девицы с юмором — так вовсе ни при чем! Эти Горчаки были кузенами: один возглавлял в пароходстве секцию грузопассажирских перевозок, а другой — опять-таки по странному совпадению — был хозяином “Марины”. Установив сей важный факт, я спровоцировал пару-другую сбоев в перечислении платежей из Интербанка в банк “Сицилия Коммерсиале”, после чего радяньский письменник “Тарас” застрял в Палермо на мели. Ввиду отсутствия финансов дозаправка топливом задержалась, корабельная касса пустила течь под грузом портовых сборов, корабль был арестован, а пассажиры — сплошь столичный бомонд — осатанели от скуки и взбунтовались Их вывезли самолетами, поили шампанским и коньяком, но, появившись в Москве, все они как один (о, неблагодарность людская!) ринулись судиться с “Тур Мариной”. Что до “Тараса”, то он бы долго не увидел родных одесских берегов, если бы голды не покрыли неустойку. В результате фрахт достался им, одного Горчака погнали, уличив в коррупции, другой разорился и поехал крышей, а мне — в качестве премиальных — досталось провояжировать в Коста-дель-Соль. Шесть дней в пятизвездных апартаментах, с карточкой “голд-сеньор” (что означало бесплатный харч и выпивку) плюс перелет бизнес-классом… Я, разумеется, не отказался.

В Испании я еще не бывал — как и в иных приятных странах, где можно любоваться солнцем триста дней в году. Промат — закрытая контора, а это значит, что мы сидели в нем как за каменной стеной; если же дверка приоткрывалась, то с другой стороны с удручающей регулярностью маячили Чехословакия, Польша и ГДР. Но все же я побывал в Берлине, Праге, Оломоуце и Кракове — понятно, на научных конференциях и под присмотром сероглазиков из КГБ; прочие территории, от Сингапура до Оттавы, посетили мой директор-академик и два его зама-членкора — само собой, с моими докладами.

Но я на них зла не держу — дело прошлое, гримасы социализма… Игра, которая кончилась проигрышем для всех. Сейчас, пребывая в статусе крысолова, я мог бы поехать в любую страну, в ту же Канаду или Австралию, но выпало мне испанское королевство, о коем я читал, пожалуй, лишь в исторических романах. И помнились мне сплошные дублоны и галеоны, Дон Кихот и Дон Жуан, а также Кортес и Мерседес из Кастилии.

Но в век космической связи и Интернета не существует проблем с информацией. Сам я, к слову сказать, не чайник, любитель туристских брошюр: я все могу выведать и разузнать вполне современным способом, с помощью веб-сайтов и телеконференций.

И вот, возвратившись домой, я выбросил мрачные мысли об альфах, бетах и гаммах, сел к компьютеру, подмигнул чугунному Сатане, пошарил здесь и там и выяснил, что галеоны и дублоны канули в вечность, а нынче у нас имеются песеты и авиакомпания “Спейн Эрлайнз”. Еще мне удалось установить, что генерал Франко, почивший в бозе, призвал на трон законную династию, что доллар тянет сотни полторы песет, что рыба и вино в Испании дешевы и что отели в Коста-дель-Соль (а это не что иное, как андалусийское побережье к востоку от Гибралтара) принадлежат в основном англичанам. Попутно я обогатился и другими полезными сведения — об оливках и карнавалах, соборах и пальмах, устрицах и омарах, испанских монархах и нудистских пляжах.

Назавтра, в среду, приспела пора собираться в путь.

В этом процессе главную роль играла Дарья, испросившая по такому случаю отгул.

По наивности я считал, что в дорогу хватит плавок, пары джинсов и носового платка. Не тут-то было! “Прр-ровинция! Прр-ростак!” — как выражается Петруша. Согласно списку Дарьи, мне полагался костюм для вечерних приемов, шесть рубашек (по одной в день), столько же смен белья, две пары брюк (для завтраков и ленчей), шорты, туфли, кроссовки и сандалеты, солнечные очки, крем от загара, таблетки от головной боли, мыло, шампунь, одеколон, банки с икрой и значки (для подарков испанским камерадос) и три галстука. Все недостающее мы разыскали, обследовав десяток магазинов, но лично я приобрел лишь один предмет — синий галстук с белоснежным попугаем, удивительно похожим на Петрушу. Я не собирался его носить, но галстук прельстил меня своей длиной и прочностью; если когда-нибудь повешусь, то Дарья поймет, кто в этом виноват. Итак, я приобрел галстук, а Дарья купила все остальное, включая икру и значки. Вот уже третий день, как я ощущал на своем загривке руководящую и направляющую женскую руку, и временами мерещилось мне что-то странное: пара золотых колечек, эпиталама Гименею, семейные ужины по вечерам и пухлый младенец в люльке.

Хватит, хватит наслаждаться любовью вне священных брачных уз!

Странно, но эта мысль уже не вызывала у меня отвращения.

Глава 6