Читаем Крысиные гонки полностью

Кролик сопротивлялся гинекологическому обследованию отчаянно, как если бы предполагал что по результатам оного из него действительно сделают супчик. Он мощно драл друзей задними лапами и вообще всячески отбивался, но был зафиксирован. Результаты обследования поразили обоих: Джордж оказался крольчихой.

- Торгаши чёртовы… - только и смог вымолвить поражённый такой жизненной несправедливостью Вовчик.

- Да уж. Что-то я такое за ним замечал, что-то это… эдакое чисто женское желание нагадить, как в первую ту ночь… - поддержал Владимир.

- Вот зараза… - разочарованно выдохнул Вовчик, отпуская пушистого; кролик тут же, взбрыкнув, с пробуксовкой по паркету скрылся за мебелью.

- Да ладно. Какая разница!

- Оно так, конечно…

Пришлось переименовывать. На другой день, придя с дежурства в «кинотеатре» Вовчик автоматически напевал себе под нос песенку из какого-то старого водевиля с участием Андрея Миронова:

- Вся жизнь моя вами

Как солнцем июльским согрета-а-а

Жоржетта, Бабетта, Козетта, …

О! – Генриетта…

- О, точно! Джо-о-ордж! Где там тихаришься?? Отныне будешь Жоржеттой!

Высунувший мордочку с пятнышком вокруг носа из-под серванта бывший Джордж не выказал ни малейшего протеста, и на этом порешили.

Вовчик познакомил Владимира с со своим соседом по дому в деревне, - обстоятельным семейным мужиком, главой семьи состоящей из очень приятной в общении, исключительно доброжелательной жены Алёны и двух симпатичнейших дочек, - Гузели и Зульфии. Самого мужика звали почему-то Вадимом, хотя в роду, судя по именам дочек и общей склонности к традиционному домострою в семье, у него были татары. Жили они довольно далеко, но Вовчик всячески настаивал на личном визите:

- Увидишь, Вовка, он нормальный мужик! Бывший мент, с военным опытом, был в нескольких командировках в Чечне! Ружья у него есть, аж три штуки – охотник! Руки откуда надо растут, всё в доме сам делает, я имею ввиду в деревне. Хозяйственный. Мы с ним в деревне и познакомились, он мне мотоблок для огорода одалживал, - не взял ни копейки! Правда, нудный немного, поучать любит, я ему про тебя рассказывал – он скривился аж,  - «не переношу, говорит, поганых коммерсов и их сыночков – белоручек!» Хы. Ну, это он так, он же тебя сам не видел. Всё поучает, поучает по-жизни, но вообще – нормальный! Соседями будем, в деревне, - вот заранее и познакомитесь! Кстати, и выдвигаться будем, наверно, вместе!

- Не знаю – не знаю, Вовчик, я вот ещё до конца не уверен, что надо в деревню непременно перебираться, нет такой увереннсти, хотя вот и профессор советует… А что за деревня-то?

- Озерье, Оршанского района.

- Ага, Оршанского? Это хорошо. Это где-то меняет дело…

Они отправились к соседу по дому в деревне «в гости», предварительно созвонившись и взяв с собой «на презент» банку джема и два пакета муки: «Надо раздавать потихоньку как-то, Вовк, у меня тут ещё много, всё на себе не утащить! А спиртного он типа не пьёт и не одобряет – косит под мусульманина, хотя сам по татарски ни бум-бум!»

- А какие у него дочки – что ты!.. Две у него. Ну, младшая ещё салажка, учится, я ей по медицине помогаю, в контрольных;  а старшая, Гуля – така-а-а-ая… Танцует, кстати. В Мувск-шоу-балете, что ли. Я как-то их фото смотрел, у Вадима в альбоме – там та-а-акие девушки!.. – Вовчик мечтательно закатил глаза.

Собрались. Владимир критически оглядел себя и друга, и остался доволен. Кстати, Вовчик больше, как оказалось, не носил ни камуфляжных брюк, ни столь же брутальной армейской куртки, - он одевался почти «как все», разве что в одежду чуть более милитаризованного покроя, но вполне цивильную. На вопрос Владимира в чём причина такого изменения в пристрастиях, Вовчик честно ответил, что прошлое его увлечение «милитари шмотками» было по сути данью новому увлечению, являлось признаком неофита и чечако; не нужны, понимаешь, камуфляжные шмотки в городе: брутально слишком, вызывающе – не то военный непонять какой армии, не то дезертир, словом, все патрули – твои… Что не есть здорово. В городе лучше не отсвечивать, не выделяться; вот двинем на природу, вот там – да, камуфло! Всё продумано, Вовк, чо ты думаешь!

В очередной раз подивившись прошаренности друга, Владимир с ним всецело согласился.

Вадим Владимиру в общем понравился. От здорового мужика с бугристыми руками с коротко стриженными ногтями с навечно въевшейся под них грязью веяло надёжностью и основательностью, хотя производя впечатление некоего колхозного бригадира, он в городе, как ни странно, подвизался в АйТи сфере. Теперь, когда его городская специальность стала неактуальной, он как и Вовчик «сидел на запасах» и перед убытием в деревню ждал когда доучится на каких-то медицинских курсах младшая дочь, Зульфия; и пока получит расчёт жена, Алёна.